Жизнь после: Тернистый путь госпредприятий
10.12.2020

SYMPA/BIPART

Жизнь после: Тернистый путь госпредприятий

Судьба государственных предприятий всегда была камнем преткновения в любом диалоге вокруг реформ в Беларуси. Аргументы от «воровской приватизации» до «хотите, как в Украине» многие годы отодвигали на второй план экспертную «реструктуризацию активов», «управляемое банкротство» и прочее. Но от бесконечного замалчивания проблемы или ее отрицания она не исчезает, рано или поздно наступит момент принятия решений.

Модель американского психолога Кюблер-Росс (пять стадий горя) позволяет наглядно продемонстрировать направление движения при столкновении с неотвратимостью изменений. Данная модель применима ко многим проходящим трансформации явлениям. Вполне применима она и к госпредприятиям, где структурные реформы назрели давно.

Отрицание

Вопрос о необходимости трансформации госсобственности преследует Беларусь с момента обретения независимости. Не избежали этой участи все без исключения страны соцблока. С разной степенью эффективности и непременной критикой шоковая терапия Гайдара в России или план Бальцеровича в Польше стали моделями для многих постсоветских государств по переходу к рыночной экономике через разгосударствление и институциональную трансформацию.

Однако Беларусь перестраивать экономику по моделям соседей не стала, сделав ставку на ручное госуправление вместо невидимой руки рынка. В результате размеры государственного присутствия в экономике Беларуси сохранились более чем существенные — в 2019 году на предприятиях государственной формы собственности было занято 1 706,7 тыс человек или 39,4% от общего числа занятого населения. Еще 667,7 тыс заняты на предприятиях смешанной формы собственности без иностранного участия. Промышленность и сельское хозяйство — ключевые отрасли, в которых работают госпредприятия.

Дружба с Россией, конвертированная в сниженные цены на энергоносители и доступ на ее внутренний рынок, позволяли отрицать необходимость реформ госсобственности. Но так продолжалось, пока на поддержку неэффективности можно было находить средства. По мере снижения этой поддержки игнорировать проблемы госпредприятий становилось все сложнее.

Мы много говорим и пишем об ошибках власти. Но вот представим, что завтра у граждан на самом деле есть возможность влиять на принятие решений. Как должна выглядеть страна, госуправление в ней, экономика, финансы? Эксперты SYMPA/BIPART рассуждают об этом в серии статей «Белорусская мечта».

Гнев

На потери рынков, снижение рентабельности и убытки госпредприятий государство отвечало планами модернизации и директивным кредитованием. Когда рецепт давал сбой, ответ на вопрос «кто виноват и что делать?» заключался в том, что нет плохих предприятий — есть неумелые руководители, и нужно их только правильно подобрать.

Объем средств, направляемых на модернизацию, действительно оказался внушительным. Модернизация только белорусских нефтеперерабатывающих заводов оценивается в 2,5 млрд долларов. Еще миллиард пошел на сферу деревообработки (модернизация всего лесопромышленного комплекса обошлась в 4 млрд долларов), столько же — на цементную промышленность. Средства, направленные прямо или косвенно в сельское хозяйство, по разным оценкам, исчисляются десятками миллиардов долларов.

Модернизированные главным образом за счет кредитных ресурсов госпредприятия накопили весомые долги, а сомнительные результаты их работы стоили постов многим директорам и курирующим чиновникам. Хотя потеря портфелей и смена должностей — зачастую не самая плохая альтернатива пристальному вниманию госконтроля и иных контролирующих органов. Задержания одного за другим директоров одного предприятия или, как в случае сахарной отраслью, руководства сразу всех ведущих компаний давно перестали удивлять.

Торг

Время от времени государство предпринимало попытки более активных рыночных преобразований. Однако все они рано или поздно заканчивались возвратом к ручному управлению. Так, экономика Мясниковича-Румаса в 2011-м оказалась неприемлемой из-за стремления «все и вся перевести на рынок, отдать в частные руки», аналогичной критике подвергался в свое время и Кобяков, а правительство «рыночника» Румаса, которое стабилизировало инфляцию и упрочнило кредитный рейтинг страны, в 2020 году сменили представители силового блока.

Попытки более тесного взаимодействия с международными финансовыми корпорациями реализовывались с разной степенью эффективности. В сферы экологических и инфраструктурных проектов удалось привлечь финансирование Всемирного банка и ЕБРР, а вот планы пилотной приватизации государственных предприятий, разработанные совместно с ними, оказались несбыточными. Неоднозначны были и усилия по внедрению механизмов государственно-частного партнерства. С одной стороны, была проведена значительная работа по формированию нормативно-правовой базы, с другой — реальными результатами в виде реализованных проектов инициатива похвастаться не может.

Тем не менее, политика макроэкономической стабилизации позволила правительству находить новые источники финансовых ресурсов. Размещение белорусских облигаций на зарубежных рынках позволило только в текущем году привлечь порядка 1,4 млрд долларов. Однако наличие возможностей для поддержания госсектора не решает проблему его низкой эффективности и не отодвигает ее на второй план, а лишь переносит решение на завтра.

Депрессия

Белорусская экономическая модель в текущем году столкнулась с реальностью, в которой одновременно сошлись различные политические, экономические и социальные неблагоприятные факторы. «Идеальный шторм» из пандемии Covid-19, социальной напряженности, падения внешнего и внутреннего спроса, роста долговой нагрузки при снижении возможностей рефинансирования составляет только вершину айсберга проблем.

Ответы государства на текущие вызовы были зачастую непоследовательны, а порой откровенно противоречивы. Изменения в пенсионной системе и условиях декретных отпусков, противодействие утечке мозгов и переориентация грузопотоков больше направлены на решение последствий, чем исправление причин низкой эффективности экономики.

Тезис правительства об осторожном подходе к необходимости структурных реформ, закостенелости экономической модели и избыточной роли государственного сектора в очередной раз демонстрирует отсутствие однозначного ответа на проблему падения эффективности и поиска точек роста. Официальная риторика о перспективах не добавляет позитива. На ее фоне инфляционные ожидания населения возрастают, а конъюнктурные опросы предприятий демонстрируют снижение показателей экономических настроений по всем ключевых отраслям.

Принятие

Момент окончательного принятия ключевых проблем белорусской экономики еще не наступил. Очевидно, что нам еще предстоит преодолеть стадию депрессии и принять неизбежность трансформаций. Путь, который предстоит проделать белорусской экономике, тем не менее, не является чем-то особенно необычным. Большинство соседних стран уже проделали его, а их опыт, в том числе негативный, будет крайне полезен. Многочисленные рекомендации международных финансовых институтов и белорусских экспертов позволят пройти процесс трансформации последовательно и с готовым набором инструментов для решения возникающих проблем.

Реформирование государственных предприятий должно сопровождаться повышением уровня социальной защиты и наличием эффективной системы переподготовки кадров. Разделение функций государства как регулятора и как собственника должно поставить во главу угла функцию регулятора, снижая вторую до адекватного уровня. В этом случае риски эффективности инвестпроектов будет нести бизнес, а не республиканский бюджет, благодаря чему выбор направлений развития будет исходить из рыночной конъюнктуры, а не из директивного планирования.

Уже сейчас правительство признает зрелость и эффективность негосударственного белорусского бизнеса. Остается признать и принять необходимость трансформаций другой его части для того, чтобы обе эффективно работали на благосостояние страны.

Последнее в рубрике