Виктор Мартинович: «Ситуация напоминает ярмарку, где делают ставку на вес самого большого быка»
25.08.2020
Анастасия Зеленкова, Салiдарнасць, фото citydog.by 

Виктор Мартинович: «Ситуация напоминает ярмарку, где делают ставку на вес самого большого быка»

Писатель — о тупике, в котором оказалась Беларусь, и о мудрости толпы. 

В рамках спецпроекта «Что дальше?» писатель Виктор Мартинович рассуждает о тупике, в котором оказалась Беларусь, и о мудрости толпы.

— Как можно оценить то, что происходит сейчас?

— Мы пришли к ситуации полного тупика. С одной стороны, есть большое количество людей, которые не верят в итоги выборов и готовы демонстрировать это, несмотря на угрозы, на запугивание, на многочисленные аресты, несмотря на то, что два из трех (а на самом деле три из трех) кандидатов в президенты были выведены из гонки и на выборах участвовала только жена одного из них.

С другой, мы имеем железную уверенность власти, что зубную пасту можно запихать обратно в тюбик и что если ты видишь 100 тысяч мирных протестующих, которые идут по проспекту, то надо брать автомат и готовиться стрелять. Это, повторюсь, ситуация полного тупика.

— Но есть ли из него какой-то выход?

— Для меня очевидно, что никакого диалога, никакого обсуждения с кем бы то ни было, процедуры передачи полномочий не будет. Те, кто вошли в Координационный совет, будут наказаны.

Именно ввиду того, что сверху есть убежденность, что разговаривать не с кем и не о чем. У власти есть своя картина мира и, согласно этой картине, 20 человек выходит на протест, и они проплачены польскими спецслужбами, ЧВК Вагнера или еще кем-то.

И я, честно, не знаю, как из этого тупика выбираться. Просто не представляю.

— Возможно ли вернуть ситуацию, когда, по сути, существует два параллельных мира, один — в котором живет власть с ее представлениями о прекрасном, другой — общество, и эти миры почти не пересекаются?

— Это тот вариант событий, который бы устроил власть. Но этот вариант невозможен потому, что один из этих миров значительно превосходит другой. Людей, которые чувствуют себя обманутыми и готовы это показывать на улице, гораздо больше, чем людей, заподозренных первыми в обмане. И уже невозможно вернуть все к прежнему страху. Хотя есть попытки.

Тут же еще, заметьте, какая происходит активизация внешних сил. Беларусь теперь на первых полосах всех мировых СМИ, и это тоже никуда не денется. Поэтому потиху тут всех пересажать или перебить палками уже не получится, уже должны будут хотя бы что-то имитировать.

— Ну почему же? Есть примеры в мировой практике.

— Понимаете, вариант Северной Кореи хорош, когда у тебя есть деньги. А денег-то нет. И то, что у нас сейчас начинается с рублем, это только начало, дальше будет еще интереснее.

Так что есть несколько сценариев развития событий. Один вариант — когда все-таки будет начато что-то вроде диалога. Второй — при котором диалога не будет, а будет попытка всех запугать.

Но эта попытка упрется уже теперь не просто в санкции, а, извините, в уголовные международные дела. Потому что оснований для этого, по мнению некоторых участников процесса, хватает. А международное расследование подразумевает приезд каких-то уполномоченных представителей, и это тоже сильно изменит расклад.

Обратите внимание, что сегодня ситуация от настроения «мы победили» до настроения «нас всех расстреляют» меняется примерно каждые два часа. Поэтому худшее, что сейчас можно делать, это прогнозы, а лучшее — внимательно наблюдать за ситуацией, делать выводы и выстраивать свою жизнь сообразно с теми выводами.

— Но можно хотя бы спрогнозировать, как дальше будет идти сам протест, есть ли шансы у забастовочного движения?

— Если исходить из политологии и всего того, что я до этого наблюдал, то позавчерашней воскресной акции не должно было быть. И так с любым политологическим прогнозом событий этого года.

Например, прогноз о том, что без денег, без команды, невозможно собрать подписи, все время упирался в какую-то совершенно новую форму самоорганизации. А нехватка рук в штабах превращалась в очереди на полгорода отдать подпись, и эти очереди сами превращалась в яркую протестную акцию.

Это какая-то стихия. Оно и раньше было стихией, тут не было каких-то политтехнологий. Но сейчас в этой стихии участвует такое количество умных людей, что толпа как бы сама нащупывает оптимальную тактику и стратегию.

Я мало того, что не берусь делать прогнозы, я скептически отношусь ко всем прозвучавшим прогнозам. Единственное, что я могу сказать совершенно точно: это то, что та страна, в которой мы жили 26 лет, примерно в мае 2020 года перестала существовать. Сейчас мы живем уже в какой-то новой стране, в которой и стимул, и реакция, и мотивы, и все на свете стали совсем другие.

Это, кстати, тот момент, который до сих пор не может понять власть.

— Может ли что-то управлять этой стихией или хотя бы повлиять на нее. Например, внешние игроки?

— Я исключаю вмешательство России до момента начала повторных выборов, которые будут производиться уже другой командой. Вот до этого момента России здесь ловить нечего. Что же касается другой стороны, то я очень сомневаюсь, что может быть сценарий ввода миротворческого контингента, голубых касок или чего бы то ни было, потому что у Европы полно своих проблем.

В этом смысле из инструментов внешнего участия уже сейчас основным каким-то компонентом просматривается дипломатия, и она приобретает все новые и новые формы. Как например после отказа Лукашенко обсуждать что бы то ни было с ЕС, мы видели, что ключевые европейские лидеры вступили в переговоры по Беларуси с Путиным. Причем за спиной Лукашенко.

И эта ситуация принципиально новая, которая показывает, что переговорщиков тут больше не осталось, легитимных переговорщиков, которые имеют право голоса и могут влиять на ситуацию.

А с другой стороны, надо понимать, что если Путин скажет «Уходи!», то вес его слов ввиду завязанности всего в Беларуси на Россию, будет несопоставимо выше, чем, собственно те заявления ЕС о необходимости новых выборов, которые уже звучат.

Так что рычагов мало, но они есть, и они плавно начинают задействоваться.

— Ваши ощущения от того, что мы сегодня имеем, они больше позитивные, или есть опасения, что в ближайшее время нас ждет крах и сплошная тьма?

— Там, где много тьмы, там всегда много и света – это закон Вселенной. И чем более шизофреническими будут видео с автоматами, тем более явной будет реакция света в людях.

Ведь, когда после первых трех страшных ночей, когда казалось, что уже политически все должно было умереть, и мужчины боялись выйти на улицы, понимая, что это может грозить резиновой пулей в живот, в тот момент вышли женщины. Никто не мог подумать, что женщины станут основной силой уличной революции. И таких реакций будет все больше и больше. Чем больше будет зажим, тем сильнее ответ.

Есть такая книга «Мудрость толпы». Она начинается с описания сельскохозяйственной ярмарки, на которой делается ставка на вес самого большого быка. Тот, кто, посмотрев на быка, точнее угадывал его вес, в итоге получает большой денежный приз.

Ученый, многократно наблюдавший за этими ярмарками, обнаружил, что если суммировать все те значения, которые приходят на этот конкурс, и вывести усредненный прогноз, то получается ровно тот вес, который у быка и есть. Это и называется эффектом мудрости толпы.

То есть большая масса людей, которая кровно заинтересована (в случае с хряком денежно заинтересована) в предугадывании чего бы то ни было, обладает мудростью, которой не обладает никто поодиночке. И вот точно такая мудрость толпы начинает работать и в случае с Беларусью.

Я не могу сказать, что дальше. Я сам – страшный пессимист, я считаю, что при всем богатстве выбора для предсказаний развития ситуации в политике Беларуси нужно выбирать самый плохой сценарий.

Но вот этот мой пессимизм уже много раз опровергался каким-то общим настроением, которое имеет та самая толпа, то большинство, которое является вообще очень оптимистичным. Все заряжены на оптимизм. И, стало быть, не надо вешать нос.   

Последнее в рубрике