Так кто говорил «абсолютную чушь» об экономике на встрече в СИЗО?

Так кто говорил «абсолютную чушь» об экономике на встрече в СИЗО?

Романчук – о заявлениях Лукашенко: «МАЗ не должен быть промышленным детским садиком».

«Салідарнасць» выясняет, кто показал «полную некомпетентность» по вопросам экономики на знаменитом «диалоге» Александра Лукашенко с оппонентами в «американке».

После общения главы государства с политзаключенными выпущенный на свободу Юрий Воскресенский рассказал о споре в СИЗО КГБ на тему экономики.

«Часть моих коллег показали свою полную некомпетентность. Например, его спрашивают: как же так, мы же сейчас еще больше зависим от России? Президент отвечает: как ты говоришь такое, если не владеешь цифрами; когда я приходил в 1994 году, экспорт в Россию был 87%, по итогу 2019 года — 47%, то есть я по всему миру езжу, чтобы диверсифицировать нашу экономическую политику, – заявил Воскресенский TUT.BY. – И практически все обвинения коллег по круглому столу, я потом их проанализировал и был удивлен, были некомпетентны, они говорили абсолютную чушь.

Мол, зачем этот МАЗ, закройте убыточное производство. Президент объяснял: а ты знаешь динамику убытка МАЗа; знаешь, что убытки сокращаются; знаешь, сколько людей там работают; а ты создал для них рабочие места?»

«Салідарнасць» проверила правдивость аргументов Лукашенко, о которых рассказал Воскресенский.

Экспорт в Россию: за четверть века, по сути, ничего не изменилось

Непонятно, откуда Лукашенко или Воскресенский взяли цифру в 87% белорусского экспорта, приходившегося на Россию в 1994 году. На самом деле в год первых президентских выборов на восточную соседку пришлось 46% экспорта.

Но при Лукашенко этот показатель стал стремительно расти. В 1997-м доля отечественного экспорта в Россию составляла уже 65% от общего объема. После дефолта в РФ и политических конфликтов с новым руководством Кремля этот показатель стал постепенно снижаться и в 2009 году упал до 31%.

Но в последние годы на Россию вновь стало приходиться до 40-50% от общего объема белорусского экспорта.

Экономист Ярослав Романчук заявил «Салідарнасці»:

– Факты говорят о том, что доля Беларуси в торговле с Россией как была на уровне 40-50% четверть века назад, так и осталась. Говорить об успешной диверсификации не приходится.

Когда действовали нефтяные схемы, и была выгодной конъюнктура на нефтепродукты, доля Евросоюза в белорусском экспорте доходила до трети, сейчас вновь ниже. В то же время доля России наоборот увеличилась. Любую статистику возьми – нельзя, основываясь на ней, говорить о внешнеторговых победах. Никаких новых ниш у нас не появилось, кроме возникновения ПВТ. Но в следующем году этого экспорта может быть уже значительно меньше.

1

Фото Радыё Свабода

Экономист также призвал посмотреть на торговлю с Россией под другим углом.

– Насколько Беларусь смогла воспользоваться возможностями открытого рынка России для продажи своих товаров? Доля Беларуси в импорте России в 2000 году составляла 8,8%, то есть была достаточно большой. В 2019 году – уже 5,4%. Несмотря на открытость российского рынка, доля белорусских товаров на нем существенно упала. И не потому упала, что увеличилась в другом направлении, а потому что отечественные товары стали менее конкурентоспособными, – отметил Романчук.

Ситуация с МАЗом: «Предприятие тихо умрет»

По словам Воскресенского, в ответ на упреки Лукашенко сослался на положительную динамику убытков МАЗа. Она действительно наблюдается. Промышленный гигант оставался убыточным пять лет – с 2014 года. Ежегодно его убытки составляли десятки миллионов долларов.

По итогам 2019-го МАЗ отчитался о более чем символической чистой прибыли в 33 тысячи рублей.

Однако Ярослав Романчук ссылку на положительную динамику убытков считает абсурдной.

– Любое коммерческое предприятие оценивается не только по объему убытков или его динамике, а по классическим показателям: чистая прибыль, стоимость акций, размер дивидендов на акцию, капитализация завода. Можно сравнить, сколько с одной стороны МАЗу предоставляют льгот и льготных кредитов, преференций, субсидий и т.д. А с другой – сколько он заплатил налогов в бюджет. Если мы все взвесим, то получится, что наш МАЗ является большим детским садом, промышленным иждивенцем на теле налогоплательщиков. Группа торговцев овощами и фруктами в Минске платит, наверное, больше налогов, чем МАЗ, – считает экономист.

Романчук поражается: почему на МАЗе до сих пор не введены международные стандарты корпоративного управления? Как можно мириться с тем, что предприятие пять лет подряд было убыточным, и никто за это не понес никакой ответственности?

– Мы до сих пор не знаем, как работают схемы по поставкам комплектующих и сырья, – сказал Романчук.

По мнению экономиста, МАЗ нуждается в реструктуризации и привлечении инвесторов. Его работники в случае сокращения рабочих мест должны получить весомое пособие по безработице и возможность интеграции в рынок труда.

По словам Воскресенского, Лукашенко высказал озабоченность сохранением рабочих мест на МАЗе. Однако статистика свидетельствует, что количество работников на предприятии за последнее десятилетие сократилось на 8 тысяч человек – до 13 360.

– Если МАЗ не будет модернизироваться, работать по международным правилам и продолжит проигрывать конкуренцию, то через лет десять там останется тысяч 5 работников. Предприятие тихо умрет, технологически оно никому не будет нужно. МАЗ должен быть коммерческой организацией, а не промышленным детским садиком, – отметил Романчук.

Последнее в рубрике