США возобновили санкции — каким будет эффект
20.04.2021
Надежда Калинина, TUT.BY

США возобновили санкции — каким будет эффект

США приняли решение о возобновлении санкций против 9 крупных белорусских предприятий нефтехимии «по причине нарушения прав человека в Беларуси». Политолог и экономист поделились своим видением того, как санкции могут повлиять на экономику, поспособствуют ли урегулированию внутриполитического кризиса в Беларуси и скажутся ли они на рядовых белорусах.

О возобновлении санкций накануне сообщила посол США в Беларуси Джули Фишер на встрече со Светланой Тихановской. В тот же день появилось официальное сообщение, в нем говорится, что Министерство финансов отозвало генеральную лицензию, которой приостанавливалось действие санкций в отношении ряда белорусских предприятий. Новая лицензия предусматривает 45-дневный период на прекращение определенных операций с участием девяти находящихся под санкциями белорусских государственных предприятий, а также организаций, в которых они владеют долей в 50% или более. В черный список вошли «Нафтан», «Белнефтехим», «Белнефтехим США», Белорусский нефтяной торговый дом, «Белшина», «Гродно Азот», «Гродно Химволокно», «Лакокраска», «Полоцк Стекловолокно». Эту инициативу поддержал Госдепартамент США.

— Бизнес невозможен без уважения прав человека и верховенства закона, — прокомментировал официальный представитель Госдепартамента США Нед Прайс.

Прошлый опыт санкций — некритично, но ощутимо

Американские санкции на крупные белорусские компании сокращают их возможности действий на внешней арене и снижают их конкурентоспособность, отмечает политолог, директор института «Палітычная сфера» Андрей Казакевич.

Сами по себе санкции не наносят критического удара, но оказываются дополнительным заметным бременем для предприятий, которые под них попадают.

То, что в прошлом санкции США не прошли бесследно, косвенно подтверждается реакцией белорусских властей.

— Можно вспомнить отзыв послов, сокращение диппредставительств в 2008 году. Это был самый глубокий дипломатический конфликт с 1997 года, последствия которого сохраняют свое значение и сейчас. После их принятия белорусские власти постоянно ставили вопрос об отмене санкций во главу угла, — комментирует эксперт.

Директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик считает, что в прошлый период действия санкций США они не привели к драматичным последствиям.

— Мы вполне переживали неплохие времена после этих санкций. Мы выходили на рекордные объемы поставок нефтепродуктов, — комментирует экономист.

В этот раз эффект может оказаться более болезненным

Но если раньше санкции вводились при общем сохранении отношений стран Запада с Беларусью, то в этот раз они принимаются на фоне более сложной экономической и политической ситуации. Есть примеры как официального разрыва сотрудничества, так и приостановки некоторых проектов из-за неопределенности.

— Сейчас отношения фактически прерваны. В совокупности это воспринимается так: «Давайте подождем». Можно посмотреть на факты — Китай фактически приостановил сотрудничество по многим направлениям, международные финансовые организации — тоже, — отмечает Александр Чубрик.

С одной стороны, чувствуются опасения со стороны партнеров и инвесторов, работающих с белорусскими компаниями. Скорее всего, даже сам риск попадания под санкции будет оказывать серьезное влияние на решения инвесторов. Некоторые из них отказываются от своих проектов, чтобы избежать потенциальных рисков, связанных с потерей репутации, финансовых потерь из-за того, что твой контрагент может попасть под санкции. Этот побочный эффект санкций также будет оказывать влияние.

С другой стороны, страны, которых касаются санкции, остро реагируют на их принятие. Самый близкий пример — Россия.

— Посмотрите, как лихорадит Россию, каждый раз, когда обсуждается очередной пакет санкций против них, это сразу бьет по валютному курсу — как минимум волатильность повышается. Если это имеет последствия для такой крупной экономики, как Россия, где ты фактически взвешиваешь издержки и выгоды: риск от того, что твой контрагент попадет под санкции, и потери от того, что уйдешь с такого крупного рынка. А тут маленькая белорусская экономика, которая гораздо менее значимая с точки зрения любого бизнеса, — комментирует экономист.

В современной ситуации санкции — это не только ограничения по доступу на американский рынок, но также сокращение возможностей сотрудничать практически во всех других странах мира. Многие компании отказываются от сотрудничества уже потому, что не хотят брать риски работы с организациями, у которых есть проблемы с властями США, дополняет Андрей Казакевич.

— Нельзя говорить, что возможность работать на мировом рынке исключается, но в любом случае это удорожает сотрудничество, делает его менее удобным, более трудоемким и рискованным. Так что негативных последствий стоит ждать. Тем более что эти санкции реализуются на фоне не самой хорошей экономической ситуации в Беларуси, на фоне санкций со стороны Европейского союза и сворачивания сотрудничества по линии ЕБРР, Европейского инвестиционного банка, Всемирного банка. В последние годы в рамках сотрудничества с европейскими и международными институтами Беларусь реализовывала проекты на сотни миллионов евро. В 2018 году объемы финансирования составили почти 500 миллионов долларов, в 2019 — 1,4 миллиарда. Кроме того, в прошлом году экономика пережила полноценную рецессию, в этом году рост если и будет, то небольшой. На этом фоне дополнительная гиря для важных государственных белорусских компаний будет иметь заметный эффект, — оценивает политолог.

Санкции — не волшебная таблетка для разрешения политического кризиса

Санкции сами по себе не способны привести к разрешению политического кризиса внутри страны, однако, при определенных условиях, могут стать стимулом для деэскалации внутриполитической ситуации, считает Андрей Казакевич. Санкции делают новые репрессии более «дорогими», так как отягощают их дополнительными финансовыми потерями. Однако эффект от санкций, как правило, растянут во времени. Может пройти немало времени от их принятия до момента признания властями необходимости изменения политики для сокращения экономических потерь.

— Тут ключевую роль играет вопрос приоритетов. Для белорусской власти важно сохранение политического контроля — как они его понимают. Поэтому если в освобождении заключенных или в деэскалации ситуации будет видеться политическая угроза, то, скорее всего, они будут готовы нести дополнительные финансовые издержки в краткосрочной перспективе. Хотя ресурсы системы не безграничны, и сейчас они находятся далеко не в лучшем состоянии, — отмечает политолог.

Ударят ли санкции против крупных предприятий по рядовым белорусам?

Точечные санкции не окажут серьезного влияния на широкие слои населения, считает директор института «Палітычная сфера». Они усложняют положение белорусских властей, но не перечеркивают их возможности по выполнению своих обязательств. Если бы вопрос стоял о введении секторальных санкций или отключении от SWIFT, вот тогда эффект для большинства белорусов был бы заметным.

Так или иначе санкции усложняют деятельность властей, но не отменяют их возможности выполнять свои обязательства. При сокращении национального «пирога» власти, опасаясь социального взрыва, могут не решиться переложить их бремя на население, но будут вынуждены сократить какие-то менее чувствительные расходы, отложить долгосрочные программы, инвестиционные проекты в государственном секторе, считает политолог.

— Второй момент — в любом политическом конфликте есть потери. И на самом деле гораздо большие потери белорусы понесут не в результате внешних санкций, а в результате ухудшения бизнес-климата, имиджа страны за рубежом, снижения доверия к государственным институтам со стороны населения. Сокращается сотрудничество с международными финансовыми организациями, для белорусских и иностранных бизнесменов вложения в национальную экономику становятся все более рискованными. Наблюдается отток квалифицированных кадров из страны. Все это и формирует основной массив финансовых потерь, которые несет Беларусь в результате политического кризиса и ставки властей на насилие для его разрешения. Санкции — это не более чем вершина айсберга, — рассуждает Андрей Казакевич.

Последнее в рубрике