Шрайбман: Пять причин, по которым разные чиновники решили остаться
23.09.2020

Шрайбман: Пять причин, по которым разные чиновники решили остаться

Политический обозреватель — от неинтересный до самой интересной пятой группы.

— Белорусская номенклатура не раскололась так, как от нее ожидали, — пишет Артем Шрайбман. — Общаясь с людьми из системы, я насчитал пять причин, по которым разные чиновники решили остаться. У некоторых сочетаются сразу несколько.

И тут важно сделать оговорку, в Беларуси нет правящей элиты как единого организма. У них нет коллективной номенклатурной идентичности, классовой солидарности, нет партии и идеологии, которая бы их объединяла.

Это просто конгломерат отдельных людей, со своими жизненными обстоятельствами, взглядами, фобиями и интересами. И анализировать их нужно не как коллективного игрока, способного принять общее решение, а как отдельных людей, каждый из которых принимает решение за себя и для себя.

Начну с неинтересных.

Первых меньше заботят моральные соображения, чем вполне себе конкретные бенефиты и привычный уровень жизни. Это те самые льготные кредиты-служебное жилье-стабильные зарплаты.

Вторые всё плюс-минус осознают и даже переживают, но у них есть прагматичный страх поспешить. Они считают, что с корабля никогда не поздно спрыгнуть, но вот рановато может быть.

Во-третьих, есть большая группа тех, кто живет в том же информационном коконе, что и Лукашенко – где у него большинство, а репрессии раздуты СМИ.

Эти люди потребляют ту же информацию что и мы, но у них срабатывает психологическая защита – я же работал на это государство N лет, ну не может оно быть таким. Из инфопотока в их сознание просачиваются более комфортные новости, а менее комфортные блокируются.

Конспирология тут важнее, чем кажется. Многие из вас, возможно, не поверят, но куча чиновников, даже из условно прогрессивных ведомств, уверены во внешнем управлении оппозицией и протестами.

Думаю, дело, опять-таки, в психологической защите. Ну не может народ сам быть против нас, все же хорошо было, задурили ему голову.

Кроме того, они судят по привычному для себя опыту. Когда всю карьеру выполняешь и отдаешь приказы, живешь по инструкциям, мозг не допускает, что кто-то может самоорганизоваться горизонтально.

В-четвертых, значительная часть чиновников просто дистанцируют себя от произошедшего. Эти силовики что-то начудили, а я в своем мин-фин-эконом-строй-связи работаю, никого не трогаю.

Бывший топ-чиновник Котов: «Выход только один – сложный диалог власти с обществом»

Наконец, самая интересная для меня, пятая группа. Эти люди все видят и понимают. Но они верят в базовую адекватность режима и что, пережив такой шок, власть точно пойдет на реформы. И когда они начнутся, лучше бы нам, таким разумным и все понимающим, быть на своих постах, чтобы их не заняли какие-то мракобесы.

Я не знаю, чего тут больше – патриотизма или самовнушения, но эта группа посыплется первой в случае новой масштабной эскалации насилия. Потому что умрет их базовая вера в то, что жесть не повторится.

Без этой эскалации (которую мне сложно желать своей стране), нас ждет то, о чем я уже писал много раз – дальнейшее крошение системы снизу из-за все более душного рабочего климата.

От безнадеги, инстинкта власти вычищать внутренних диссидентов, увольнения коллег-друзей из-за политики, двойной нагрузки после этого, не особо веселых зарплат – самые амбициозные и толковые продолжат уходить.

На их место либо будет сложно находить новых, либо будут приходить менее компетентные. А это новые управленческие ошибки и… круг запускается сначала.

Последнее в рубрике