Почему новые санкции ЕС не испугают Путина и Лукашенко
09.12.2020

Почему новые санкции ЕС не испугают Путина и Лукашенко

Когда речь заходит о наказании тех, кто грубо нарушают права человека, Евросоюз обречен быть мягче Соединенных Штатов, считает Константин Эггерт.

Знаменитая шутка корпоративных пиарщиков про хомячка, который, на самом деле, крыса, но с хорошим имиджем, как нельзя лучше подходит к новому глобальному режиму санкций, утвержденному Советом ЕС по иностранным делам, пишет российский журналист в колонке на DW. Его презентуют как европейский «акт Магнитского», но, в реальности, от предыдущего режима новый отличается, мягко говоря, не очень сильно. Более того, главы МИД стран-членов Евросоюза не стали называть одобренный санкционный механизм именем Сергея Магнитского, чем заметно обесценили его символическое значение.

Навальный — в «другой категории»

Даже искушенные чиновники Евросоюза не смогли мне объяснить, чем новые правила наказания нарушителей прав человека принципиально отличаются от прежних. «Они теперь считаются трансграничными и наднациональными, но что это означает на деле, я в толк не возьму», — признался мне один из брюссельских знакомых, опытный международный бюрократ. «Единогласие при согласовании санкционных списков сохраняется. Это означает, что Европейская комиссия не сможет вводить ограничения так же, как это делают правительства или парламенты суверенных государств», — добавил он.

Документ не заставит вздрогнуть ни Кремль, ни Александра Лукашенко. «Покушение на Алексея Навального проходит по категории «применение химического оружия», а не «нарушение прав человека». Против режима в Минске готовятся ввести третий пакет санкций, но это случилось бы и так», — объяснил мне другой еврочиновник.

Европейские лидеры любят говорить о мягкой силе ЕС как глобального символа и сторонника идей ненасилия, политического компромисса и гармонии — в отличие от «мирового полицейского» в лице Соединенных Штатов, которые, чуть что, готовы врезать по тем, кто им не нравится, крылатой ракетой «Томагавк». Однако на деле выходит, что американцы реально противостоят авторитарным режимам намного жестче европейцев. Москва, Каракас, Анкара, Тегеран, Пекин могут это подтвердить.

ЕС трудно винить за такое положение дел. Общая позиция почти трех десятков государств будет по определению размытой — за все хорошее против всего плохого. Впрочем, все познается в сравнении. Скажем, в Москве с брежневских времен мечтают вести дело исключительно напрямую с симпатизирующими ей европейскими столицами.

Однако единая позиция Евросоюза по российско-украинскому конфликту (включая набор санкций) держится без изменений уже шесть лет, и никакие попытки Кремля и его союзников в Европе расшатать и подорвать эту позицию ни к чему не привели. А санкции, введенные Германией после отравления Алексея Навального, впервые увязали тему покушения на убийство с конкретными людьми из ближайшего окружения Путина.

Олигархов просят пока не беспокоиться

Новые санкционные правила ЕС вступят в силу 10 декабря. Интересно, кто первым попадет под их действие: символический элемент для таких политических решений едва ли не важнее практического. Если не трогать Россию и Беларусь, то можно показать «красную карточку» премьер-министру Эфиопии Абию Ахмеду Али, который прямо сейчас занимается «урегулированием» внутреннего конфликта с жителями провинции Тыграй с помощью артобстрелов и бомбардировок. Но это тоже едва ли произойдет.

Во-первых, эфиопский политик — лауреат Нобелевской премии мира 2019 года за урегулирование конфликта с соседней Эритреей. Получится, что ЕС зря его поздравлял всего год назад. А, во-вторых, рано или поздно конфликт нужно будет урегулировать, и тут не обойтись без начальника из Аддис-Абебы. Помните? «Без Лукашенко не разрешить политический кризис в Беларуси», «Без Путина не замирить Сирию (Донбасс, Ливию и так далее)».

В Москве будут внимательно наблюдать за происходящим. Для путинского режима главной угрозой остаются персональные финансовые и визовые санкции против его ведущих фигур. До сих пор олигархи и руководство госкорпораций оставались в значительной степени за рамками санкционных режимов. Доказать причастность условных «Газпрома» или «Роснефти» к нарушениям прав человека действительно трудно, особенно если считать их просто госкомпаниями, их руководство — просто корпоративными менеджерами, а олигархов — просто частными предпринимателями.

Однако в корпоративистском российском государстве все теснейшим образом взаимосвязано. Конгресс США часто исходит именно из такого взгляда на современную российскую реальность. Европейцам это намного сложнее. С одной стороны, Кремлю пока боятся нечего. Но, с другой, любые законы о санкциях подобны чеховскому ружью на стене — рано или поздно они выстрелят.

Последнее в рубрике