Почему Беларусь — это как плохой должник
10.08.2021
Валерия Перепелкина, Салiдарнасць

Почему Беларусь — это как плохой должник

Правительство и Нацбанк Беларуси повышают лимит эмиссии облигаций и засекречивают его. К чему это может привести?

В начале июня власти увеличили лимит эмиссии облигаций, установленный для Банка развития, с 570 до 1665 млн рублей. А спустя два месяца лимит снова был повышен, однако на сколько — неизвестно.

Почему правительство и Нацбанк Беларуси повышают лимит и засекречивают его, а также куда такие шаги могут привести, Филин спросил у старшего научного сотрудника Центра экономических исследований BEROC Льва Львовского.

Лев Львовский. Фото: Белорусы и рынок

— На что влияет лимит эмиссии?

— Лимит эмиссии влияет на то, сколько потенциально можно привлечь денег. Другими словами, когда государству нужны средства, можно их привлекать, выпуская государственные облигации, выпуская облигации различных ООО, которые принадлежат государству, можно наращивать госдолг и брать взаймы.

А можно создать такую структуру, как Банк развития, и этот банк может выпускать свои собственные облигации. Это всегда было так и хорошо работало. Из нового здесь только то, что засекретили объемы лимита эмиссии Банка развития.

— Для чего это делается?

— Во-первых, у нас вообще стали пропадать данные по разным поводам. Тот же Белстат можно вспомнить. Это значит, что государство хочет все засекретить, скрыть.

Во-вторых, эта эмиссия может быть некой альтернативой госдолгу. И теперь это секретный госдолг. То есть если бы Беларусь заняла еще миллиард долларов у России, то все бы узнали, а через Банк развития это можно сделать незаметно.

— Есть мнение, что такое поведения государства сравнимо с финансовой пирамидой. Согласны ли вы с этим утверждением?

— Пирамида — это другая финансовая история. Здесь, скорее, мы видим такого плохого должника: человек, который взял кредит в банке, но зарабатывает недостаточно, чтобы его отдать. Поэтому он идет в другой банк перекредитовываться, чтобы отдать первый кредит, а в итоге доходит до микрофинансовых организаций.

Ведь когда у вас хорошая зарплата, которая сильно превышает кредит в банке, то вам не стыдно ее озвучить. Люди, которые начинают скрывать размер доходов и кредита, это как раз люди в плохом положении.

Мы политически оказались в изоляции, поссорились с большей частью финансового мира. Кроме того, белорусские госинвестиции не окупились, и план модернизации, на который было потрачено много заемных денег, не выстрелил, не увеличил продуктивность.

Из-за этого у нас и растут ставки по кредитам и все меньше у кого можно эти кредиты брать. Поэтому властям приходится идти на такие непрозрачные шаги.

— А как долго можно таким образом поддерживать экономику, быть «плохим должником»?

— С прогнозами очень сложно. Есть мейнстримный прогноз — это сценарий того, как будет развиваться экономика, если ничего не произойдет. Но у нас постоянно что-то происходит. Четыре месяца назад мы не ожидали секторальных санкций, поэтому мейнстримный сценарий был один.

Потом случилась история с посадкой самолета, и Беларуси внезапно выкатили эти секторальные санкции. Это уже другой мейнстримный сценарий.

Но все это может легко поменяться. Сейчас пфроисходит новый виток миграционного кризиса — это, безусловно, может спровоцировать новые секторальные санкции, а также ужесточение старых. Тогда сценарий изменится снова.

Это из потенциальных негативных ивентов. Из позитивных — Александр Лукашенко полетит в 150-й раз в Москву, где Владимир Путин внезапно изменит свое решение и даст Беларуси три миллиарда. Это снова приведет к сильному изменению мейнстримного прогноза, так как это 5% от нашего ВВП.

Мейнстримный сценарий есть всегда, но шоки вокруг него, события, которые сложно предсказать, могут менять всю ситуацию на проценты ВВП. Поэтому прогнозировать сейчас очень сложно.

Последнее в рубрике