29.05.2019
Дмитрий Дрозд, Салiдарнасць

Тюрьмы БССР: «Враги народа могут попытаться задержать наш автозак»

В рамках проекта «СССР: как это было на самом деле» подытоживаем авторский цикл Дмитрия Дрозда «Тюрьмы БССР». Глава четвертая, заключительная: «Современные побеги».

Наиболее закрытой и практически недоступной для исследователей темой являются побеги из тюрем уже послевоенной БССР. Хотя в интернете можно найти множество подобных случаев, а по тюрьмам и зонам ходят легенды о бежавших арестантах, но на основании доступных архивных документов можно рассказать только об одном побеге. Но зато из такого «элитного» места как внутренняя тюрьма НКВД БССР. Или как ее называют в народе «американка» (была построена в 1920-х по американскому проекту).

Googlе Maps. Минск. Здание КГБ и «Американка» (круглое здание) из космоса

3 октября 1946 года на общее закрытое партийное собрание собралась партийная организация (п/о) № 13 (а это была как раз партийная ячейка внутренней тюрьмы НКВД). Из протокола этого собрания до нас дошли некоторые упоминания произошедшего побега:

«Матюхов: У нас тоже имеются недостатки. У нас был случай побега з/к, в виду небдительного отношения к службе и к выполнению служебных обязанностей…

Кошелев: В решении партконференции вскрыты ряд недостатков в первичных п/о города, а также много недостатков имеется в нашей п/о, как последний позорный случай это побег з/к, несмотря на то, что дежурил коммунист, на посту стоял коммунист, конвоир был коммунист, и все же наши коммунисты допустили беспечность…»

Этот случай долго будоражил умы чекистов и постоянно приводился в пример нерадивости охранников «американки». 18 ноября на очередном собрании п/о № 13 на повестке дня стоял только один пункт: «Обсуждение постановления партийного комитета МГБ БССР от 10.11.46 об исключении из членов ВКП(б) т. Емельянова А.А.».

Протокол этого собрания донес до нас возмущенные речи всех выступающих, а также фамилии некоторых лиц, способствовавших побегу: «Харитонович: Партком вынес решение очень правильно и справедливо, ибо не может быть в рядах нашей партии трусов и беспечных людей, когда на нас чекистов возложена большая задача и ответственность, почетная задача по охране государственной безопасности.

Шевченко: Мы чекисты — работники государственной безопасности должны всегда быть бдительными и находчивыми. Поведение т. Емельянова позорит весь коллектив и партийную организацию…

Глава третья: «Битые до потери сознания, с отливкой водой и охлаждением на морозе»

Кошелев: Аналогичный случай может быть и в нашем коллективе, ибо мы работаем с врагами народа, которые каждую минуту стараются напакостить любому из нас. Характерный случай, который произошел не очень давно, вследствие не бдительности, халатности и беспечности, это побег з/к, где дежурный помощник начальника тюрьмы т. Кадуркин, надзиратель у главных ворот т. Виленчик просмотрели и не обеспечили тщательную охрану з/к, нам нужно учесть эти недостатки и работать по-большевистски.

Кадуркин: Нужно отметить и то, что враги народа могут попытаться задержать наш автозак, который в 2-3 часа доставляет з/к на допрос в следственную часть и освободить з/к. А поэтому конвоирам нужно проявлять смелость и находчивость…».

Естественно партийное собрание единогласно постановило исключить Емельянова из партии. Из этого протокола интересно, что работники тюрьмы в Минске в 1946 году всерьез говорили о возможности нападения на автозак «врагами народа».

Что же касается наших дней, то, благодаря почти совершенной системе охраны тюрем и колоний, в которой повсеместно используются различные современные электронные изобретения, о побегах мы знаем мало. Однако автору самому довелось услышать об одном успешном побеге из Бобруйской колонии и лично стать очевидцем другой — неудачной попытки. Объединяют оба эти случаи то, что в них участвовали заключенные с «низким статусом». И здесь необходимо сделать небольшое отступление.

Существование заключенных с разным статусом — это та реальность, в которой приходится жить даже на так называемой «красной зоне», то есть там, где вроде бы живут по закону, а не по понятиям. Первым вопросом, который обязательно задает встречающий зеков работник колонии: «Есть ли люди с низким статусом, опущенные, отсаженные на кружку, косяки и т.п.?».

Заключенные с низким статусом — это фактически изгои, обреченные на выполнение самых грязных работ, вроде уборки туалетов. К ним нельзя прикасаться, чтобы не «законтачиться». У этих заключенных нет пути обратно: этот статус назначается раз и навсегда.

Администрация активно использует эту систему для унижения и давления на неугодных: многие заключенные готовы вынести бесконечное количество суток в ШИЗО, но никто не рискнет ценой потери своего статуса. Многие политзаключенные так или иначе попали под эти изощренные пытки. Так одному политическому угрожали, что если он не подпишет прошение о помиловании, то «заедет к петухам».

Нет никаких сомнений, что люди, работающие в нашей «системе исправления», не задумываясь, осуществили бы свои угрозы. Существование подобной системы — это унижение человеческого достоинства, но мне неизвестны какие-то попытки белорусских правозащитников хоть как-то привлечь внимание к этой проблеме.

Поэтому неудивительно, что оба известных мне побега из Бобруйской колонии совершили заключенные, подвергавшиеся этому нечеловеческому унижению.

Googlе Maps. Бобруйск. Вид из космоса на ИК-2. Справа: промышленная зона («промка»)

В первом случае бежавшему удалось незаметно спрятаться между размещенными на фуре поддонами. Точнее, «европоддонами», так как производятся они на экспорт. Иностранные предприниматели также покупают продукцию, при изготовлении которой использовался практически рабский и бесплатный труд белорусских заключенных. Каждый день из «промки» (промышленной части колонии) выезжает фура с товарами: спецодежда, окна, двери…

Между очередной партией поддонов и удалось спрятаться одному из заключенных. Скорее всего, именно после этого случая все подобные машины стали проверяться со служебными собаками.

А 3 июня 2011 года из здания карантина колонии пробовал убежать опять же представитель той же категории зеков по кличке «Кот». Так как по правилам обычным заключенным нельзя пересекаться с этой презираемой кастой, то у последних есть свои умывальники и санузлы, куда вход другим запрещен. Именно в одном из таких, пользуясь полной бесконтрольностью, возможно, вдохновленный фильмом «Побег из Шоушенка», заключенный пробил дырку в полу и проник в подвал.

Правда, выбраться на свободу ему так и не удалось: очень скоро его обнаружили охранники.

Однако нет сомнений, что пока в белорусских тюрьмах и зонах будут существовать условия, унижающие честь и достоинство заключенных, попытки побегов будут продолжаться.

Цикл опубликован в рамках проекта «СССР: как это было на самом деле».

Последнее в рубрике