Зачем «пристежка» мертвой лошади? Президент не готов махнуть рукой на грандов и за это кому-то платить
22.04.2019
Ольга Лойко, TUT.BY, Фото: Александр Васюкович

Зачем «пристежка» мертвой лошади? Президент не готов махнуть рукой на грандов и за это кому-то платить

Президентская мантра про «вдохнули новую жизнь в предприятия, которые были на грани утраты и разорения в начале девяностых», в пятничном послании прозвучала вновь. Вдохнули — факт. Причем реанимация некоторых продолжается уже годами.

Уже и врач подустал качать, и больной как-то давно не подает признаков жизни, и родственники смирились. Но сказали «вдохнуть» — значит, будем «вдыхать». А вопрос, кому это надо, какое качество жизни ждет нашего многострадального пациента и кто, собственно, довел его до ручки, традиционно остается за скобками. Такой уж формат — послание, более эмоциональный, чем содержательный.

«Беларуськалий», нефтеперерабатывающие заводы, БелАЗ, МАЗ, МТЗ, БМЗ… Их продукцию, без всякого преувеличения, знают во всех уголках планеты. Это стало нашим национальным достоянием», — заявил Лукашенко, подчеркнув, что белорусская экономика будет и впредь строиться на основе развития крупных предприятий и производств. Это, мол, неоспоримый приоритет. «Нам кто-то подбрасывает мысль, мол, мелкота пусть работает, и мы забываем о крупных производителях и на селе, и в промышленности, и в транспорте. Вы посмотрите — это мощные объединения!» — подчеркнул президент.

Более того, даже малому и среднему бизнесу, который так настойчиво пытаются раскрепостить в последние годы, президент посоветовал не заниматься глупостями, а держаться вокруг «наших гигантов», где «всегда найдется работа». «Этим мы решим основные задачи: создание новых рабочих мест и импортозамещение».

Импортозамещение у нас — категория не столько экономическая, сколько философско-политическая. То есть экономического смысла нет, продукт выходит и похуже, и подороже, но зато есть ощущение безопасности, независимости, собственного всемогущества. И джинсы можем строчить, и айфоны-плафоны, и легковушки новенькие.

Вклад в создание (или сокращение) числа рабочих мест госгигантов и крупных модернизационных проектов отдельно не озвучивали, хотя, к примеру, Сергей Румас отмечал, что по госпрограмме инновационного развития Беларуси в 2018 году создано и модернизировано почти 3 тысячи рабочих мест. Другую любопытную цифру озвучивал в прошлом послании сам Лукашенко: «Картонный завод в Добруше не работает, вместе с тем уже 2 года новые производства должны были приносить доход стране, не говоря уже о том, что это более 1000 новых рабочих мест».

А вот «мелкота» растет бодро. Минэкономики отмечает прирост числа ИП на 9%, или на 33 тысячи. ИПМ посчитал, что компании ПВТ создали за прошлый год 14,5% рабочих мест в стране. Кстати, об айтишниках. Им президент тоже посоветовал «не забывать идти впристежку с МАЗом, БелАЗом, МТЗ и теми, кто сегодня работает в сельском хозяйстве».

Неслабая «пристежка» получается — порядка 350 тысяч предприятий малого и среднего бизнеса и ИП да 50 тысяч айтишников. Боливар может не вынести такую «пристежку». Тем более финансовое состояние многих «боливаров» вызывает весьма серьезное беспокойство.

Президент проблему обозначил одним скупым мазком: «Выполнение отдельных проектов, мягко говоря, неоправданно затянулось. Прежде всего это касается Светлогорского ЦКК, добрушской фабрики «Герой труда», завода газетной бумаги в Шклове».

Если говорить менее мягко, к примеру, Светлогорский ЦКК в 2018 году увеличил чистый убыток в 4 раза до 207 млн рублей. Такую незадачу можно было бы свалить на списанные курсовые разницы, подпортившие финансовую картину многим предприятиям реального сектора. Но есть и другие нерадостные цифры: долгосрочная кредиторская задолженность на 1 января 2019 года составила 1,864 млрд рублей, прибавив за год 8,6%. Но здесь хотя бы проблема признана.

А вот, к примеру, МАЗ Лукашенко несколько раз перечислил среди «национального достояния». Кто бы спорил, но предприятие пятый год в минусе: его чистый убыток за 2014−2018 годы достиг 457 млн рублей, причем в прошлом году убыток вырос вдвое против 2017 года. И хотя продажи МАЗа на ключевом российском рынке грузовых автомобилей в 2018 году выросли на 9% до 4,2 тысячи автомобилей, это только 7-е место на рынке грузовиков. А еще пару лет назад МАЗ держался в тройке. То есть предприятие как бы на плаву, численность рабочих пару лет сокращалась, но стабилизировалась в районе 16 тысяч, растут продажи в Украине, запущен завод двигателей с китайской Weichai. Но когда завод выйдет в плюс и выйдет ли, остается вопросом.

Кстати, эти вопросы активно обсуждались в 2013 году при проработке проекта МАЗ-КАМАЗ, когда еще все были прибыльны, МАЗ продавал в России вдвое больше нынешнего, не было санкций, вопроса «Чей Крым?» и других неприятностей. Ключевым аргументом за объединение были экономия от масштаба и наращивание выпуска до сопоставимых с мировыми грандами цифр.

Об этом, кстати, напоминал пару лет назад ныне вспоминаемый почти с нежностью посол России в Беларуси Александр Суриков. Дипломат отмечал, что на рынке грузовых автомобилей Евразийского союза доля продукции иностранных производителей составляет около 50%. «И мы не в состоянии их выдавить. Нет транснациональных автомобильных компаний производительностью меньше 100 тыс. автомобилей в год. Наш КамАЗ выпускает 50 тысяч, МАЗ — 30 тысяч. Что, они могут конкурировать? Ни в коем случае», — аргументировал Суриков.

Выход, считал он, один: «выдавливать других производителей». «Это делать ничто не мешает, кроме наших человеческих амбиций, не будем говорить чьих», — заявлял посол.

Объемы производителей с тех пор заметно упали. В частности, КамАЗ в прошлом году выпустил только 36,3 тысячи машин. МАЗ, по прикидкам экспертов, заметно менее половины от этого.

Другие гранды чувствовали себя более благополучно. МТЗ в 2018 году получил скромную чистую прибыль — 5,2 млн рублей (против 68,3 млн в 2017 году), чистая прибыль БМЗ составила 300 тысяч рублей против убытка в 3,2 млн рублей в 2017-м. Успешно отработали БелАЗ (328,5 млн рублей чистая прибыль, прирост на 60,5%) и «Беларуськалий» — более 800 млн рублей чистой прибыли и заметное снижение кредиторской задолженности.

Но проблемы эффективности госсектора благополучие отдельных предприятий не снимает. И МВФ, и правительство (и прошлого состава, и нынешнее) говорят об этом регулярно.

«Руководители наших, как правило, государственных предприятий часто говорят «заклинаниями». Сперва говорили про высокие ставки по кредитам: мол, если они снизятся, будем успешными. Снизились — не всем помогло. Потом — дайте равные условия с Россией [по энергоносителям]. Наши исследования говорят, что некоторым предприятиям, даже если они не будут полностью оплачивать энергоносители, это не поможет: не станет востребованной продукция, — сказал в начале года первый вице-премьер Александр Турчин. «Наши провальные инвестпроекты никак не зависели от России, Евросоюза. Причина — в нас. Надо заставить себя нормально, эффективно работать. Будет производительность труда, как в ЕС, — не будет проблем», — добавил он.

И среди задач на год вице-премьер как раз назвал диагностику госсектора. По его оценке, предприятий, помощь которым не будет эффективной, — порядка 30 крупнейших. Надо определиться по перспективе и дальнейшим действиям по ним, сказал Турчин.

Но проблемы проблемами, а «Беларусь индустриальная — это наш путь развития». А потому что другого у нас нет, ведь «есть огромная масса населения, которая при слове «реформы» под плинтус лезет», считает Александр Лукашенко. Так что даешь новую многомиллиардную индустриализацию. Правда, для этого, видимо, кого-то придется раскулачить. То ли упомянутых в послании «торбэшников» (они же — мешочники), то ли айтишников. Но кредитов у нас и так с перебором, а продавать президент никого не позволит. И другим не советует. Так и сказал: «Не спеши, Аня (депутат Анна Канопацкая. — Прим. ред.) все продавать!»

Любопытно, что совпадение во времени послания президента Беларуси и дебатов кандидатов в президенты на выборах в Украине позволило сравнить два вида политического шоу. Так вот, второе как-то поживее. Смысловая нагрузка сопоставима, зато заметно короче и в конце поют и целуются.

Экономист: Из денег, которые идут на поддержку убыточных предприятий, можно платить пособия по безработице в 200 долларов

Последнее в рубрике