01.03.2019

Бесплатная медицина и камамбер: чего хотят миллениалы

The Economist рассказал о новой западной моде на социализм.

Миллениалы — люди, родившиеся c 1980-й по 1999 год — поколение, которое в последнее время вызывает повышенный интерес исследователей. И неудивительно: они приходят в политику — и вот-вот начнут нами руководить.

Политическим взглядам миллениалов был посвящен последний выпуск журнала The Economist: авторы издания попытались понять, почему среди представителей этого поколения входит в моду социализм.

Последний номер британского журнала The Economist вышел с обложкой, отсылающей к рекламному плакату, созданному в 20-е годы советским фотографом Александром Родченко: «Подъем социализма миллениалов», — будто бы кричит на ней в рупор девушка, в которой можно узнать представительницу поколения тех, кто родился в 90-е. По мнению редакции, современная молодежь тяготеет к идеалам социализма — и тому есть множество подтверждений.

Один из ярких примеров миллениала-социалиста — самая молодая женщина в американском конгрессе Александрия Окасио-Кортес: 29-летняя конгрессвуман определяет себя как демократическую социалистку. В Великобритании молодежь поддерживает Джереми Корбина — лидера лейбористов, который рассчитывает занять пост премьер-министра страны после того, как Тереза Мэй покинет дом 10 по Даунинг-стрит. Мировые СМИ еще в 2018 году назвали программу Корбина по развитию экономической политики «Кубой на Темзе» и «Британской ССР».

Эксперты The Economist отмечают, что социализм возвращается в моду, потому что происходящее в консервативном западном обществе требовало достойной критики, которую может обеспечить только нечто равное капитализму по масштабу влияния.

А пока правые были заняты ностальгией по прошлому, которое уже не вернуть, левые обратили внимание на распространение социальной несправедливости и эффективность общественного самоуправления. Когда все претензии к капитализму были систематизированы, новые социалисты были готовы предложить альтернативу.

Сегодня социалисты — не те, что были 100 лет назад. Например, вместо всеобщего братства многие молодые американские граждане выступают за доступную систему здравоохранения, которая будет устроена так же, как, например, в странах Скандинавии. К тому же, беспокойство вызывает и лоббирование интересов больших корпораций в экономической политике государства.

Подобные требования можно назвать вполне обоснованными, но можно ли сказать, что Окасио-Кортес — голос нового поколения, задается вопросом The Economist.

«Окасио-Кортес отвечает требованиям миллениалов в лучших традициях интерсекционализма, — объясняет «Газете.Ru» социолог Александра Лозинская. — В ее фигуре пересекаются несколько качеств — помимо того, что она представляет «небелое» население Америки, она женщина-политик, не относящаяся к политическому или экономическому истеблишменту».

Насколько же Окасио-Кортес выражает мнение всего поколения? Для ответа на этот вопрос The Economist предлагает подумать, насколько общие принципы социализма могут быть близки миллениалам во всем остальном мире. Несомненно важным «социалистическим» критерием, считает издание, среди представителей поколения Y можно назвать стремление к свободе, которая бы позволила индивидууму развиваться личностно и профессионально.

Социалистические демократы всегда стремились к тому, чтобы большее значение имело мнение народа, а не элит, пусть даже высококвалифицированных, — напоминает британский журнал. Однако, по мнению редакции, здесь кроется и уход от идеалов социализма — миллениалы высоко ценят свою индивидуальность, а всеобщее благо (тот же самый «мир во всем мире») не слишком вписывается в их мировоззрение.

Иными словами, миллениал хочет выделиться из толпы и, как и его собратья, желает, чтобы его голос был услышан на фоне многочисленных других.

На самом деле, людей, родившихся в развитых странах в период с начала 80-х по середину 90-х годов прошлого века, можно назвать жертвами системы, которую во многом помогали строить их родители, — считают авторы колонки The Economist. Зачастую это жертвы безработицы и экономического кризиса, вынужденные жить со своими родителями и приученные бояться «взросления». Так что модель, которая предполагает социальную справедливость, уже может рассчитывать на поклонников из числа так называемых «Питеров Пэнов».

Социальная справедливость в глазах миллениалов, ухватившихся за идеалы социализма — это, в сущности, доступность благ, обеспечиваемых государством. В частности, бесплатная медицина, которой не хватает американцам. В России же левые, стремящиеся к благам и комфорту, получили ироническое название «левачки-камамберы». Этим прозвищем их назвал фейсбук-персонаж Мирослав Вальцман, известный в левых кругах России: так он отозвался на пост политолога левых взглядов Ильи Матвеева, когда тот пожаловался на отсутствие в России приличного камамбера.

Между тем, The Economist предполагает, что с появлением таких лидеров общественного мнения, как Александрия Окасио-Кортес сильные мира сего задумаются над тем, что не только борьба, но даже классификация политических программ уже никому не интересна. И действительно, трудно совместить мечту о равенстве и камамбере. Но для поколений будущего громкое название и стройная система не имеют никакого значения. Сейчас популярность, в первую очередь, набирает активная позиция, которая спровоцирует изменения — зачастую даже неважно, какие именно.

Последнее в рубрике