Класковский: В отношениях Минска и Москвы чистой экономики не бывает
01.09.2021

Класковский: В отношениях Минска и Москвы чистой экономики не бывает

Политический обозреватель о том, почему Кремль торопится с интеграцией, и получится ли это у него.

Владимир Семашко, посол Беларуси в России, 31 августа всполошил политизированную публику заявлением, что уже 9 сентября Лукашенко и Путин подпишут пакет союзных программ. Так после ребрендинга называются дорожные карты углубления интеграции — те самые, которые Лукашенко отказался подписывать в декабре 2019 года, — пишет Александр Класковский. — Потом Семашко уточнил: союзные программы могут быть подписаны после московской встречи президентов — на союзном Совмине 10 сентября в Минске.

Но сути дела это не меняет. Кто-то явно хочет приблизить срок оформления углубленной интеграции. При этом Лукашенко 9 августа во время «Большого разговора» допускал (всего лишь допускал), что 28 союзных программ могут быть приняты в конце года, если к тому времени состоится заседание Высшего госсовета Союзного государства.

После этого заявлений о форсировании сроков белорусское руководство не делало. Логично предположить, что процесс подстегивает Москва. Почему она торопится?

Самый простой ответ: Москва хочет, пользуясь моментом, добиться наконец того, что не удалось в декабре 2019-го.

Сейчас ведь Лукашенко в гораздо более зависимом положении: страшная ссора с Западом после выборов-2020 практически лишила белорусского вождя возможности маневрировать во внешней политике и получать западные деньги. А санкции ЕС, США и других демократических стран обостряют нужду в российской подпитке белорусской экономики.

Так что упираться, торговаться, а тем более делать демарши белорусскому руководству сейчас куда несподручнее.

Стоит подчеркнуть, что мы не знаем содержания этих программ.

По скупым ремаркам державных мужей можно было понять, что Кремль, в частности, настаивал на унификации (или, во всяком случае, тесном сближении) налоговой и таможенной систем.

Независимые белорусские эксперты отмечали, что де-факто речь идет о переводе Беларуси на российский налоговый кодекс, и подчеркивали, что это может быть элементарно невыгодно для нее, поскольку структура экономик очень разная.

К тому же в отношениях Минска и Москвы чистой экономики не бывает.

Институциональная привязка белорусской экономики к российской при помощи пакета союзных программ может стать базой для дальнейшего продвижения идеи единой валюты и политической интеграции. А последняя при колоссальной разнице потенциалов двух стран и великодержавном менталитете Кремля априори не может быть равноправной.

Правда, и подписанные интеграционные документы Минск не раз искусно заволынивал. Например, по договору 1999 года уже в 2005-м должна была появиться единая валюта Союзного государства, но ей пока и не пахнет.

Когда речь идет о полноте власти над страной, белорусский вождь готов проявлять и чудеса изворотливости, и готовность идти на конфликт. Другое дело, что пространство для маневра у Лукашенко за последний год сильно сузилось.

Последнее в рубрике