Как советскую молодежь в «многолетнее рабство» отправляли
23.07.2019
Дмитрий Дрозд, Салiдарнасць

Как советскую молодежь в «многолетнее рабство» отправляли

О лишении конституционного права на бесплатное образование

В рамках проекта «СССР: как это было на самом деле» открываем авторский цикл о закрепощении молодых людей и лишении конституционного права на бесплатное образование. Часть первая.

Когда речь заходит о достижениях Сталина (которого сейчас всё чаще нам пытаются преподнести как некоего «эффективного менеджера», а не организатора массовых убийств), то чаще слышишь что-то вроде: в войне победил, «принял страну с деревянной сохой, а оставил атомной бомбой» и прочее.

Каждый из подобных аргументов, как и вообще эффективность сталинской системы, является темой для отдельных дискуссий и исследований. Но подобный подход к жизни почти с космических высот характерен для тех, кого принято называть «государственниками». Мол, главное, чтоб сохранилось государство (а чаще, власть конкретного человека или группы людей), а жизнью отдельного винтика всегда можно пожертвовать.

Коммунистам был присущ подобный подход на свою экономическую политику, поэтому несложно ответить на главный вопрос: а как жили простые люди? Стала ли их жизнь при Сталине лучше, безопаснее, стабильнее и богаче? Представим, что кому-то повезло, и его не затронули ни репрессии, ни коллективизация, ни другие «радости» этого кровавого периода истории.

Многие знают известную сталинскую фразу «жить стало лучше, жить стало веселее», а вот реально ли так? Стало ли простым людям жить лучше? Попытаемся ответить на этот вопрос не абстрактно, не вообще, а на конкретном примере. На примере доступности образования в СССР эпохи Сталина. Для чего привлечём не только общую статистику, но и мнения простых советских граждан.

Представители послевоенных поколений, наверняка, скажут, что одним из достижений СССР было всеобщее обязательное БЕСПЛАТНОЕ образование. Но так стало как раз после смерти Сталина, уже при Хрущёве — в 1956 году. До этого же шестнадцать лет за получение полного среднего, среднего-специального и высшего образования нужно было платить. Хотя бесплатность и доступность образования были закреплены в широко разрекламированной как высшее достижение современной цивилизации  «сталинской Конституции» 1936 года.

Статья 121 гарантировала:

«Граждане СССР имеют право на образование. Это право обеспечивается всеобще-обязательным восьмилетним образованием, широким развитием среднего общего политехнического образования, профессионально-технического образования, среднего специального и высшего образования на основе связи обучения с жизнью, с производством, всемерным развитием вечернего и заочного образования, бесплатностью всех видов образования, системой государственных стипендий, обучением в школах на родном языке, организацией на заводах, в совхозах и колхозах бесплатного производственного, технического и агрономического обучения трудящихся».

Казалось бы, раз так в Конституции записано, значит, так и должно быть в реальности. Но советская система тем и отличалась от большинства других, что закон — даже самый главный закон — в ней был всего лишь декларацией, за которой часто стояла совсем иная реальность.

И с этой жестокой реальностью столкнулись советские люди совсем скоро после выхода в свет «сталинской Конституции». Перелом наступил 2 октября 1940 года. Когда были опубликованы Постановление СНК СССР № 1860 «Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР и об изменении порядка назначения стипендий» и Указ Президиума Верховного Совета СССР «О государственных трудовых резервах СССР».

Оба новшества были тесно связаны и преследовали одну цель: лишить большую часть населения страны возможности получить полное среднее, среднее-специальное и высшее образование, и перенаправить эту молодёжь в «трудовые резервы». То есть через бесплатные ремесленные и железнодорожные фабрично-заводские училища (ФЗУ) и школы фабрично-заводского обучения «на шахты, рудники, транспорт, фабрики и заводы».

В этих училищах обучение длилось два года, а в школах всего полгода, после которых следовала обязательная 4-летняя отработка по распределению:

«7. Предоставить право Совету Народных Комиссаров СССР ежегодно призывать (мобилизовывать) от 800 тыс. до 1 млн. человек городской и колхозной молодежи мужского пола в возрасте 14–15 лет для обучения в ремесленных и железнодорожных училищах и в возрасте 16–17 лет для обучения в школах фабрично-заводского обучения.

  1. Обязать председателей колхозов ежегодно выделять в порядке призыва (мобилизации) по два человека молодежи мужского пола в возрасте 14–15 лет в ремесленные и железнодорожные училища и 16–17 лет – в школы фабрично-заводского обучения на каждые 100 членов колхозов, считая мужчин и женщин в возрасте от 14 до 55 лет.
  2. Обязать городские Советы депутатов трудящихся ежегодно выделять в порядке призыва (мобилизации) молодежь мужского пола в возрасте 14–15 лет в ремесленные и железнодорожные училища и 16–17 лет – в школы фабрично-заводского обучения в количестве, ежегодно устанавливаемом Советом Народных Комиссаров СССР».

На основании этого Указа Советом Народных Комиссаров было принято Постановление «О призыве городской и колхозной молодежи в ремесленные училища, железнодорожные училища и школы фабрично-заводского обучения». В нём говорилось:

«Обязать Главное Управление Трудовых Резервов при Совнаркоме СССР принять в период с 10 по 25 ноября 1940 г. как путем призыва (мобилизации), так и путем открытого (добровольного) набора в ремесленные училища и железнодорожные училища 350.000 человек и в школы фабрично-заводского обучения 250.000 человек из числа городской и колхозной молодежи мужского пола в возрасте 14–15 лет в ремесленные и железнодорожные училища и в возрасте 16–17 лет в школы фабрично-заводского обучения».

Правления колхозов с каждой сотни колхозников должны были за свой счёт снабдить двоих призывников «верхней одеждой, обувью, двумя сменами белья, продуктами питания на время следования в пути до места назначения и предоставлять призванным средства передвижения для проезда до железнодорожной станции».

В этих документах нужно обратить внимание на слово «мобилизация» — т.е. призыв в трудовые резервы до 1 миллиона детей был таким же обязательным, как и призыв в армию. При этом учащиеся жили не по домам, а в казарменных условиях. Фактически вводились своеобразные рекрутские наборы, которые на шесть лет вырывали детей из семьи, и хотя давали отсрочку на время учёбы и отработки, но полностью не освобождали от призыва в армию.

Так после отбытия «почётного долга» в трудовых резервах, ваш ребёнок должен был отправиться еще и отдавать долг в армии. С 1 сентября 1939 года (с фактического начала Второй мировой войны) устанавливались следующие сроки службы в армии: для рядового состава сухопутных войск — 2 года; рядового и младшего начальствующего состава ВВС — 4 года; для рядового и младшего начальствующего состава кораблей ВМФ — 5 лет; для сухопутных частей пограничных войск — 3 года и др.

Конечно, подобная перспектива попасть в фактическое многолетнее рабство устраивала далеко не всех молодых людей, что отлично понимали и руководители коммунистической партии и советского правительства. Поэтому уже через два месяца был сделан следующий вполне характерный для репрессивной сталинской системы шаг по закрепощению молодёжи: Указ от 28 декабря 1940 года «Об ответственности учащихся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО за нарушение дисциплины и за самовольный уход из училища (школы)».

Он был короток и понятен каждому:

«Учащиеся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО за самовольный уход из училища (школы), а также за систематическое и грубое нарушение школьной дисциплины, повлекшее исключение из училища (школы), подвергаются по приговору суда заключению в трудовые колонии сроком до одного года».

Таким образом, ваш ребёнок не только насильно попадал в казарму училища, но и рисковал в случае отчисления из него, что могло произойти по причине неуспеваемости, плохого поведения или конфликтов с преподавателями, оказаться в настоящей колонии. И подобная система мобилизации детей в трудовые резервы просуществовала до самой смерти Сталина.

Для многих граждан СССР в 1940 году введение «трудовых резервов» стало настолько несопоставимым с заявлениями коммунистической партии и советского правительства о строительстве социализма, что граждане совершенно серьёзно говорили: подобное могло быть принято только под действием… фашистов.

Так заведующий колбасной лавкой Борисовского Промпищеторга Хаим Рузов заявил: «Правительственный указ вышел на основании указания из Берлина, потому что Гитлер также устанавливает трудовые ремесленные школы».

Советским людям было куда проще поверить в эту нелепую версию, чем в то, что «отец народов» Сталин самостоятельно принимает указы, ставящие крест на возможности получения полного среднего и высшего образования для большинства детей СССР.

Статья опубликована в рамках проекта «СССР: как это было на самом деле». Продолжение следует…

Последнее в рубрике