Иоффе: Политический режим не может существовать долгое время, если протестные настроения охватывают больше половины общества
02.03.2021
Ольга Шавела, Белорусы и рынок

Иоффе: Политический режим не может существовать долгое время, если протестные настроения охватывают больше половины общества

«Впечатление, что это два разных народа» — автор книг «Переоценивая Лукашенко. Беларусь в культурном и геополитическом контексте» и «Понять Беларусь. Почему западная внешняя политика не попадает в цель» Григорий Иоффе о расколе в белорусском обществе.

Как профессор оценивает ситуацию в Беларуси и изменилось ли его мнение о Лукашенко на фоне событий, произошедших после 9 августа.

— Вы исходите из того, что мое мнение было сугубо положительным. Но на самом деле оно было нейтральным и поэтому кардинально не изменилось. Когда я работал над книгами, то пытался проследить, насколько президент был вписан в среду, которая его породила. И в этом смысле мои наблюдения мало чем отличались от наблюдений других авторов, в том числе сотрудника Радио Свобода Валерия Карбалевича, написавшего книгу «Лукашенко: политический портрет».

Когда я писал свои книги, я видел, что президент находился в гармонии с критической массой белорусов. К тому же он был единственным, кто держал Россию на некотором расстоянии. Без него ваша страна могла стать Крымом еще задолго до Крыма (в первом случае это имя нарицательное, во втором — географическое название). Причем она могла стать Крымом под бурные продолжительные аплодисменты значительной части белорусов. Судите сами, даже сравнительно недавно, в марте — апреле 2020 года, на вопрос «Готовы ли вы сохранить суверенитет Беларуси даже ценой снижения уровня жизни граждан?» положительно ответили лишь 24,9 % респондентов репрезентативного национального опроса (проведен в 2020 году Белорусской аналитической мастерской). А что было 15—20 лет назад? Об этом не стоит забывать.

Но с некоторых пор Александр Лукашенко, видимо, «перестал ловить мышей», утратил бдительность. Может быть, он устал: все-таки 26 лет у власти, восприятие притупляется. Некоторые утверждают, что виной тому окружающие его женщины, Эйсмонт и Кочанова: якобы это они неправильно фильтруют для него информацию. Для меня первым сигналом того, что президент перестал адекватно реагировать на реальность, стал декрет о «тунеядцах». А 80 % на выборах я воспринял как совершенно ненужную и вызывающую цифру.

Тем не менее, думаю, все прежние заслуги Лукашенко остались при нем. Другой вопрос, что сквозь призму произошедшего за последние полгода говорить о заслугах неуместно.

— В Беларуси никогда не было такого, чтобы люди шесть месяцев подряд выходили на протесты. Как вы объясните этот феномен?

— Философ и политический экономист Макс Вебер выделял три вида легитимности власти: традиционный (исходящий из принципа сакральности любой власти), харизматический и рационально-правовой. Лукашенко обладает лидерскими качествами и харизмой, и вера населения в эти качества долгое время обеспечивала ему легитимность.

Затем под воздействием ряда факторов выросла новая популяция белорусов. Подросло новое поколение. Люди стали больше ездить не только на Восток, но и на Запад. По крайней мере, семь лет подряд Беларусь занимала первое место по числу шенгенских виз на тысячу жителей не только среди стран бывшего Советского Союза, но и во всем мире. Появились новые средства информации: Facebook, Telegram и др.  Традиционный и харизматический типы легитимности перестали устраивать часть людей. Им нужна легитимность лидера, которая основывается на законности и справедливости, а также на демократических институтах власти.

Изменилась пропорция: выросло количество граждан, которых привлекает рационально-правовая легитимность, и меньше стало тех, кого устраивал харизматический тип власти. В этом смысле Лукашенко, возможно, перестал соответствовать изменившимся пропорциям. Но все равно мало кто предполагал, что после выборов в Беларуси будет такой взрыв недовольства. Масштаб протеста поразил всех, в том числе и меня. Думаю, в этой ситуации совпало сразу несколько факторов: СOVID и реакция Лукашенко на него, выборы, пребывание на вершине власти на протяжении столь долгого времени и изменения в самом белорусском обществе. В один момент все совпало — и произошло возгорание.

— В чем вы видите основную опасность для Беларуси сейчас?

— Белорусское общество уже давно живет в условиях раскола, но сейчас он достиг опасных размеров. Это одна из самых существенных проблем Беларуси. Происходит взаимная демонизация двух частей общества. Создается впечатление, что это два разных народа. В таком состоянии Беларусь не сможет долго продержаться как независимое государство.

Каждая из сторон пытается присвоить себе представительство от имени всего народа. Каждая из сторон заявляет, что точно знает, что нужно белорусскому обществу. А в этом можно сомневаться. Требования протестующей стороны — честные выборы и восстановление правового государства — заслуживают уважения. Организованность и сплоченность протестующих тоже достойны уважения. Впоследствии, думаю, специалисты будут детально изучать это социальное явление.

Но нужно понять и логику другой стороны. Она считает, что в случае дестабилизации режима может наступить полный хаос, и все материальные достижения, пусть небольшой, но все-таки достаток и порядок вообще будут похоронены. Опять-таки, сейчас не принято об этом говорить, но при Лукашенко Беларусь достигла определенного уровня: мощная промышленность, хорошая инфраструктура, неплохая система здравоохранения. То есть другая сторона не видит ничего хорошего в смене режима, поэтому ее представители всеми силами держатся за «синицу в руках», и не хотят «журавля в небе».

Раскол в обществе нужно гасить как можно скорее, иначе могут произойти совершенно нежелательные вещи, включая потерю независимости. Социальный раздрай делает Беларусь уязвимой перед Россией. Поэтому обе части белорусского общества должны быть заинтересованы в ликвидации раскола и строительстве мостов.

— Каковы шансы протестующих на победу?

— Будучи сторонним наблюдателем, я не склонен считать, что протестное движение сможет добиться своих целей в ближайшей перспективе. Россия, по сути, стала единственным международным игроком, который влияет на ситуацию в Беларуси. Контракты на нефть и газ подписаны, белорусские предприятия получили российские госзаказы, выделен кредит в полтора миллиарда долларов, экономическая ситуация не очень благоприятная, но и не катастрофичная. К тому же в России прошли волнения на почве ареста Навального, и это лишает Кремль морального авторитета, чтобы требовать от Лукашенко соблюдения прав человека и проведения конституционной реформы. То есть геополитическая ситуация не располагает к быстрой победе протестующей стороны.

Но изменения, произошедшие в протестной части общества, — солидаризация, выстраивание горизонтальных связей, координация, — не пройдут даром. На новом этапе это выльется в то, что вы называете победой. Когда наступит этот этап, я не знаю. Политический режим не может существовать долгое время, если протестные настроения охватывают больше половины общества. Охватывают ли они больше половины, я не знаю, а надежных опросов общественного мнения нет.

— Стимулируют ли белорусские протесты выступления в России?

— Не думаю. Тут работает закон гравитации: кто больше, тот и влияет. Россия — огромная страна с глубоко эшелонированным обществом.  Россияне, приезжавшие на отдых в белорусские санатории или Минск, конечно, интересуются тем, что происходит в Беларуси. Многие пользователи социальных сетей из числа российской либеральной интеллигенции выставили бело-красно-белые флаги на своих аватарках. Сейчас они заменили его флагом в поддержку Навального.  Но у большинства россиян нет эмоциональной вовлеченности в ваши события, у них своих проблем хватает.

К тому же масштаб изменений в российском обществе несопоставим с таковым среди белорусов. Протест за Навального достаточно квелый: он объял много городов, но в количественном отношении это капля в море. Белорусский протест, если перевести его масштабы на тысячу жителей и на единицу территории, конечно, мощнее.

— Будучи гражданином США, как вы оцениваете влияние Байдена на события в нашей стране?

— Несмотря на полувековую жизнь в большой политике, Джо Байден — это «облако в штанах». О состоянии его здоровья никто точно не знает. Понятно, что на него работает определенная команда. Ходит немало слухов о том, кто является теневым президентом. Сначала говорили, что это вице-президент Камала Харрис, но теперь многие сходятся во мнении, что это Сьюзан Райс — бывший советник Обамы по национальной безопасности. Думаю, на начальном этапе команда Байдена будет возвращать к жизни политику распространения демократии в других странах, как это было при Клинтоне, Буше-младшем и Обаме. Но как далеко они пойдут, предугадать трудно. Интересно и то, что будет с послом США в Беларуси. Предыдущая администрация в лице госсекретаря Помпео не признала Александра Лукашенко легитимным президентом. И сейчас пока непонятно, как Белый дом решит вопрос с вручением новым послом США верительных грамот. Если этого попробуют избежать, посол может оказаться недееспособным, то есть он сможет сидеть в посольском особняке и посещать находящийся неподалеку Оперный театр — для этого вручение верительных грамот не обязательно, но вот повлиять на что-то, договориться о чем-то или за кого-то похлопотать — вряд ли.

Последнее в рубрике