Cтратегия травинки в шторме: как не сойти с ума посреди апокалипсиса
16.03.2020
Юлия Бурлакова, Forbes, фото: Getty Images

Cтратегия травинки в шторме: как не сойти с ума посреди апокалипсиса

На дворе стоит очередной апокалипсис. Коронавирус сменяется обвалом рубля, плавно перетекающим в обнуление. В социальные сети страшно заглядывать, на улицу выходить тоже нежелательно. Рассказываем, как сохранить внутреннюю стабильность и адекватность посреди этого безумия, потому что сила духа вам еще точно пригодится

Сколько на нашем веку уже было этих кризисов? А на веку наших родителей? И наверняка в детстве они вас учили, что в трудные периоды нужно сжать зубы, стоять на посту стойко, не жаловаться, не ныть. В общем, быть камнем.

Так родители и среда формировали у нас постепенную блокировку переживаний и привычку извинять трудностями временный отказ от любой формы душевности (сейчас не до лыж, не до прогулок, не до книжек, не до разговоров — выживать надо, малыш). Но временный отказ от душевности приводит мало-помалу к отказу от себя в целом. Это очень дорогостоящая для психики и душевного благополучия стратегия. Кстати, эта идеология на самом деле гораздо больше, чем частная жизнь и стратегия выживания домохозяйств, — похоже, это в целом наша главная стратегия: пострадать сейчас, зато потом, возможно, когда-нибудь будет лучше.

Помните, как в прошлый кризис психологи цитировали китайский иероглиф «кризис», в начертании которого содержится два знака — «опасность» и «возможность»? Сейчас это уже не столь актуально — и афоризм надоел, и возможностей у некоторых не осталось, потому что у людей не было тучных лет передышки, а были с 2014 по 2020 годы выживания, которые теперь плавно сменяются еще большим вызовом.

Как же сохранить не просто устойчивость, но и не окаменеть? Как максимально поддержать себя, чтобы быть опорой и для других, кто, возможно, сейчас мечется в панике — особенно если это ваша команда, если вы менеджер, или ваша компания, а вы ее владелец, или ваша семья, а вы мать или отец? Что, если попробовать стратегию не камня, а адаптивной травинки, которая адаптивно мнется под воздействием шторма в разные стороны, но не ломается именно благодаря гибкой подстройке под обстоятельства? В конце концов, именно бамбук (тоже трава) прорастает сквозь асфальт.

Предлагаю вооружиться:

а) нейрофизиологией;

б) коучингом;

в) Мартином Селигманом.

Это доступные методики, которые можно использовать прямо сейчас.

Нейрофизиология

Итак, нейрофизиология. Как блестяще пишет Роберт Сапольски в своей книге «Почему у зебры не бывает инфаркта», трагедия современного человека в том, что мозгом неандертальца он пытается решать задачи XXI века. Наши древнейшие структуры мозга отвечают за мгновенную реакцию стресса на огромное количество субъективно воспринимаемых как трагедия обстоятельств. Хоть проект отменился, хоть на светофоре обругали, хоть в Италию отменилась поездка — все это резонирует во всех системах организма как взрыв очень дорогостоящей реакции.

Активируется симпатическая нервная система, выбрасывается в кровь гормон адреналин и норадреналин, кровь от периферических сосудов резко начинает обслуживать большие мышцы, половая и пищеварительная система сворачивают свою деятельность до минимума. Мозг из режима «развитие» переходит в режим «убежать от медведя». Это похоже на то, как компания сокращает все кажущиеся первому лицу второстепенные расходы в период турбулентности (а других, похоже, уже и не будет). А вот зебра не может себе позволить такой роскоши. Она включает реакцию стресса только тогда, когда за ней реально бежит тигр.

Какой урок для поведения в кризисе мы можем извлечь из нейрофизиологии? Важно помнить, что наша паника — это реакция биологическая, бессознательная. Организм орет сиреной «выживание, выживание, выживание», и ему не очень-то важен размер потерь ради выживания в этот период, он находится в двоичном режиме «выжил или нет», и любой результат, помимо смертельного для него с точки зрения биологии, является успешным.

Но мы то с вами не хотим выживания. Мы хотим процветания. Сохранения качества жизни, сохранения качества отношений, сохранения уровня позитивных переживаний каждого дня — кстати, именно они становятся капиталом, тем психологическим иммунитетом, которые поможет пройти кризис «вдолгую»! Поэтому если древняя мартышка в нашем мозгу кричит: «Паника, паника, все плохо», важно своими новейшими отделами мозга, то есть неокортексом, сознательно перевести себя из древних эмоциональных в новейшие мыслительные отделы мозга.

Это очень, очень, очень непросто — это как Мюнхгаузену самого себя вытащить из болота за косичку. Давайте пробовать, потому что человечеству так сильно был нужен этот навык перевода паники в мысль, что оно многое для этого придумало.

Коучинг

Итак, после нейрофизиологии обращаемся ко второму ресурсу — к коучингу. Коучинг (как и, например, когнитивно-поведенческая психотерапия) наполнен огромным количеством техник для включения неокортекса. Одна из прекрасно работающих техник — четыре вопроса планирования:

Чего я хочу в этой ситуации? Именно от себя — чего хочу больше всего?

Почему это важно для меня? А для других (компания, отдел, семья)?

Как я пойму, что я этого достиг/достигла?

Какие шаги я могу предпринять?

С первого вопроса эта техника, этот диалог с самим собой или с другим вынужденно обязывают нас включить именно мыслительный процесс. Только важно на вопрос: «чего я хочу» акцентированно отвечать на «чего я хочу от себя», а не от правительства, Китая, работодателя или сотрудников. Потому что здесь задача найти именно в себе тот ключ к адаптации, который поможет пережить шторм, даже если вы в нем всего лишь травинка. А хотеть чего-то от других — это стратегия жертвы, которая в кризис совсем неадаптивна.

Скорее всего, ответами на первый вопрос будет «хочу сохранять спокойствие», «хочу сохранить команду», «хочу продолжать этот проект» и т.п. И тем важнее поддержать свою мотивацию через вдумчивый ответ на второй вопрос, особенно если от вас зависят другие люди (например, вы руководитель). Когда мы начинаем отвечать на вопрос «почему это на самом деле важно» (то, чего я хочу от себя в непростой момент), намерение становится более глубоким и осознанным, начинает мобилизоваться энергия для конкретного действия.

Третий вопрос — «по каким маркерам я пойму, что я этого достиг/достигла» — профилактирует нас от маниловщины, от самообмана пустых фантазий. Потому что, когда мы вынуждены формулировать конкретные признаки собственной результативности (не просто «хочу успокоиться», но «все слайды презентации на месте, говорю ровным тоном, дыхание спокойное, зажигаю команду вдохновением»), это здорово помогает визионировать и свои шаги, то есть отвечать на четвертый вопрос.

Вот такая самая базовая и очень эффективная техника. Мозг устроен смешно — кидаешь ему одному косточку (вдумчиво отвечать на четыре коуч-вопроса), и он отвлекается от той, которую только что грыз (гонять панику по кругу деньги-отпуск-кредит-деньги). Мозг устроен великолепно — вроде вчера и не слышал об этой технике, но через месяц ежедневного применения изумительным образом повышается концентрация, сфокусированность на собственных планах, стройность шагов их выполнения.

Травинка в шторме

Ну и последнее наше оружие в концепции травинки — это именно маленькие шаги. И здесь не обойтись без научной основы — позитивной психологии Мартина Селигмана. Он со своей командой сформулировал феномен выученной беспомощности. Так называется поведение, когда перед лицом стресса и/или трудностей животное или человек не формирует адаптивной стратегии, а сдается, причем ценой ужасного дискомфорта. Селигман обнаружил это в результате экспериментов над собаками: в две комнаты помещали группы собак, каждая из которых была в ящике с подведенным током, который ударял собаку. Но если в первой комнате у животных была возможность найти комбинацию тыканья мордочкой изнутри ящика для побега, то во второй комнате такое возможности не было. Что же показала контрольная фаза эксперимента? Всех собак привели в третью комнату, к одной половине которой был подведен ток, а вторая была обесточена. Для попадания на вторую половину комнаты нужно было преодолеть небольшой барьер. Собаки из первой комнаты быстро преодолевали препятствие и добывали себе комфорт. Собаки из второй комнаты демонстрировали выученную беспомощность — они сдавались на милость току и не могли найти выход на вторую половину комнаты.

Наша с вами задача — быть собачками из первой половины комнаты. То есть искать те мельчайшие возможности, которые позволят сохранять ресурсы и свое волевое воздействие на стресс и обстоятельства. Испечь блинов с друзьями по себестоимости 15 рублей за штуку (ок, безглютеновые выдут чуть дороже) — бесценно. Пробежаться на пробежке в парке — бесплатно и гарантирует выброс допамина. Прочитать ребенку книжку — судьбоносно. Собрать команду и честно сказать, что мы будем все работать больше и зарабатывать меньше — по-взрослому.

А вот грызть себя за сорвавшийся контракт, на три месяца уйти в негативное ощущение себя и жизни в целом за снижение доходов или валютные потери — это остаться на первой половине комнаты, когда вас бьет током и без остальных проблем. Ну и поскольку бамбук может прорастать сквозь асфальт, коучинговый вопрос самому себе — какие ресурсы в это непростое время я могу активировать и накопить, бесплатные, но бесценные?

Последнее в рубрике