Чубрик: Если возникнет угроза суверенитету, настроения в бизнес­среде могут измениться
30.01.2020
Татьяна Калиновская, Белорусы и рынок, фото: Еврорадио

Чубрик: Если возникнет угроза суверенитету, настроения в бизнес­среде могут измениться

Трудно планировать инвестиции, проекты, если страна может потерять независимость. Однако, скорее всего, скоро станет ясно, что объединения стран не будет, и бизнес примет решение, что в Беларуси можно работать и дальше.

Такое мнение в беседе с корреспондентом газеты «Белорусы и рынок» высказал директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик.

— За последний месяц политическая ситуация серьезно изменилась. Российские власти не только не согласны возместить Беларуси потери от «налогового маневра», но и, по сути, организовали блокаду белорусских нефтеперерабатывающих заводов. Есть информация о том, что они настаивают и на существенном повышении цены на газ. Скорректировал ли ИПМ прогноз белорусской экономики на 2020 год?

— Год только начался, хотя начался он сложно. Беларусь и Россия и ранее переживали в своих двусторонних отношениях не менее тяжелые периоды, например в 2003, 2004 годах. И сейчас ситуация непростая, очень сложный порядок дня, президенты и правительства России и Беларуси пытаются одновременно согласовать много вопросов. Кроме «налогового маневра», это вопросы по цене газа и нефти, объемам поставок, компенсации за «грязную нефть», пакет интеграционных документов. Сегодня задача правительства — разделить эти проблемы. С одной стороны — все, что касается принятия так называемых дорожных карт, с другой — все, что касается энергетической сферы. Думаю, так или иначе, ситуацию удастся разрулить.

В нашем последнем прогнозе развития белорусской экономики мы обозначили прирост ВВП на 1 %. В нем предусматривалось сокращение экспорта нефтепродуктов в 2020 году, и пока я не вижу оснований для его пересмотра. Можно, конечно, пойти по жесткому сценарию 2010 года, когда импорт нефти из России существенно сократился, и все это продолжалось год или больше. Если исходить из объемов нефти, которые Беларусь импортировала в 2010 году, то нас действительно ожидает спад ВВП. Но если стороны в течение месяца договорятся, то мы можем выйти на те же объемы экспорта нефтепродуктов, что и в прошлом году.

— Было бы неплохо, если бы дело закончилось только энергетическим шантажом. А что если в ответ на неподписание дорожных карт начнутся проблемы с поставками на российский рынок продукции белорусской промышленности и сельского хозяйства?

— Я уверен: если эти дорожные карты будут предусматривать минимальную потерю суверенитета Беларуси, подписаны они не будут. Но не стоит говорить, что ухудшение положения белорусских товаров на российском рынке обусловлено тем, что мы не подписываем эти документы. Риск того, что Россия начнет давление в случае неподписания дорожных карт, есть, но я бы смотрел на это в долгосрочной перспективе. Наши переработчики сельхозпродукции уже давно готовятся к тяжелым временам для своего российского экспорта. После того как Россия ввела контрсанкции против Запада и существенно инвестировала в сельское хозяйство, она имеет все возможности постепенно вытеснять белорусские товары со своего рынка. В итоге начнутся «ценовые войны» и нашим производителям придется снизить цены на продукты питания.

Очевидно, нас ожидают сложные времена. Хорошая новость в том, что все основные белорусские переработчики сельхозпродукции сертифицировались для экспорта в Китай. Конечно, транспортные издержки высокие, но если это будет идти в развитие проекта «Один пояс — один путь», то вполне возможно, что такой вариант может стать хорошей альтернативой российскому рынку. Для нашей экономики нет другого выхода, как только начинать работу на альтернативных рынках. Это трудно, это проблемно, это предполагает инвестиции и со стороны бизнеса, и со стороны государства. Компании привыкли работать на одном рынке, и я их не осуждаю, потому что для выхода на новый рынок, надо много инвестировать. Для чего терять деньги? Но пришло время для таких инвестиций. В долгосрочном периоде наши производители будут терять российский рынок только по причине происходящих внутри России процессов.

— Возможно ли, что переживаемые экономикой трудности в этом году подтолкнут правительство к реструктуризации убыточных предприятий государственного сектора?

— Надеюсь на это. Эффективность наших государственных предприятий гораздо ниже, чем частных. Если мы хотим выхода их на новые рынки, то они должны значительно повысить свою эффективность. Но это невозможно без структурных реформ. Нет среднего государственного предприятия, правительству предстоит работа над каждым конкретным кейсом. Сейчас это актуально как никогда.

— Во время последних выборов я посетила район поселка Тракторного завода и поняла, что работа на нереформированном, можно сказать, социалистическом предприятии формирует и взгляды работающих там людей. Завод продуцирует не только технику вчерашнего дня, но и соответствующий менталитет работников. Мало кто из многочисленных голосующих мог сказать пару слов о кандидате в депутаты, зато я услышала фразу: «Выборы для нас всегда праздник, потому и идем голосовать». Самодеятельность, буфет. Какое-то ощущение возвращения назад в СССР. Реформирование таких монстров приведет и к появлению более ответственного гражданского общества?

— Вообще-то, я — за разнообразие в обществе. Идя голосовать, люди проявляют гражданскую позицию.

— А может, это отстой, а не разнообразие?

— У власти есть электоральная база, состоящая из людей, которым она фактически дает работу. С одной стороны, это хорошо, но в долгосрочной перспективе какова гарантия, что это предприятие будет давать работу и обеспечивать достойный уровень жизни такого большого количества людей? Вероятность невелика. Если государство озабочено тем, как дать работу и нормальный заработок людям, оно в первую очередь должно думать именно о реформах. Большой пласт проблем этих предприятий требует решения. Последние 10-15 лет мы говорим об этом, но сейчас, я считаю, менталитет людей, работающих на госпредприятиях, изменился. Тридцати-­сорокалетние задумываются, где они будут жить и работать дальше. Есть страны Запада, есть Россия, есть Украина, они помещают себя в этот исторический и географический контекст, и в нем государственное предприятие не может быть гарантом нормального стабильного заработка. Люди понимают необходимость перемен, которые дадут им шанс.

Мы проводили исследование состояния социальной защиты в Беларуси. Во время работы в фокус-группах выявилось: если в семье двое детей, то, как правило, кто-то из родителей уехал на заработки — чаще всего в Польшу или Россию. Люди все чаще предпочитают заработки за границей. Это означает, что они не видят возможности заработать на нужды семьи здесь и покидают семьи. Но в долгосрочной перспективе так не может продолжаться.

— Не может. В Польше государство делает все, чтобы туда приезжали гастарбайтеры и перевозили свои семьи, детей. Со временем они пустят там корни и станут законопослушными гражданами, налогоплательщиками.

— Раньше разрыв в заработках между Беларусью и Польшей, Россией был не такой большой, а сейчас он стал значительным. Этого достаточно для того, чтобы люди начали менять, например, свои приоритеты в области образования. Школьники из западных областей Беларуси массово учат польский язык и уезжают учиться в Польшу. Пройдет немного времени — к ним подтянутся и ученики из восточных областей. Российское направление не такое популярное. Туда едут люди низкой квалификации, а белорусы с высокой квалификацией стремятся на Запад.

В этом и вызов, и возможности. Если, проводя реформы, правительство скажет людям: мы делаем это и это, вы берете на себя больше ответственности, но в перспективе сможете зарабатывать, как на Западе, люди будут ему содействовать. Белорусы позиционируют себя в своем государстве, они ощущают ценность своей страны, и сейчас как никогда лозунг менять страну вместе может быть поддержан в обществе, и в государственном, и в частном секторе.

— Какие сейчас настроения в частном секторе?

— Ситуация меняется довольно быстро. Настроение складывается не только из того, сколько ты зарабатываешь, а из общего фона, из ощущения. Как показывают последние исследования, настрой частного бизнеса довольно оптимистичный. Положительные настроения в бизнес-среде достигли исторического максимума — более 40 % компаний рассчитывают на расширение бизнеса. Возможно, этому способствовало смягчение уголовной ответственности за экономические правонарушения, возможно, частные компании начали выход на новые рынки. Но настроения могут измениться, если возникнет угроза суверенитету Беларуси. Нельзя планировать инвестиции, проекты, если страна может потерять независимость. Но, думаю, объединения стран не будет, и бизнес примет решение, что можно работать и дальше. Если никаких разворотов в экономической политике не произойдет, то в самой ближайшей перспективе частный сектор сможет стать драйвером экономического роста.

Последнее в рубрике