Андрей Егоров: Согласованные союзные программы — это декларации о намерениях
13.09.2021

Андрей Егоров: Согласованные союзные программы — это декларации о намерениях

Что означает для Беларуси согласование 28-ми союзных программ? Станут ли они концом белорусского суверенитета или являются продолжением нескончаемого сериала «союзное строительство»?

На вопросы Thinktanks.by ответил эксперт Центра европейской трансформации Андрей Егоров.

— Оценки московской встречи Лукашенко и Путина кардинально разошлись: одни эксперты говорят, что суверенитету Беларуси конец, другие считают, что ничего не произошло. Как вы оцениваете пятый вояж Лукашенко в Москву?

— Я склонен считать, что ничего особенного не произошло. Хотя весь этот «интеграционный» процесс расцениваю крайне негативно: он не то чтобы знаменует потерю суверенитета, но ведет к потере суверенитета. Сделан очередной шаг к потере суверенитета.

Идет торг и московская встреча означает, что Россия получает еще больше возможностей для установления контроля над значимыми частями белорусского суверенитета.

Согласованные союзные программы (текст этих документов я нигде не нашел, есть только совместное заявление глав правительств с краткой аннотацией к каждой из 28-ми дорожных карт) – это декларации о намерениях. Речь идет о необходимости разработать конкретные принципы синхронизации и гармонизации, не прописаны четкие обязательства сторон по выполнению обязательств. Нынешний пакет документов очень похож на все предыдущие «союзные» программы.

— Что получили стороны в результате московских переговоров?

— Лукашенко получил сиюминутные выгоды: цены на газ на нынешний год остаются на уровне прошлого – 128 долларов за тысячу кубомертов и обещание выдать небольшой по меркам потребностей сегодняшней Беларуси кредит в размере 630-640 миллионов долларов.

Но Лукашенко не получил того большего, чего хотел: компенсацию за налоговый маневр, гарантий получения энергоносителей по внутрироссийским ценам, постоянно упоминаемые равные условия деятельности для субъектов хозяйствования.

С другой стороны, приостановлены разговоры о единой валюте, о наднациональных органах, об общем парламенте, о единых налоговом и таможенных кодексах. Официальному Минску пока удалось отбиться от разговоров в самых болезненных сферах.

Путин же получил новые актуализированные декларации и обязательства по углублению интеграции. Отдельные положения союзных программ предусматривают принятие конкретных законов в определенных областях, в дорожных картах, возможно, содержатся более конкретные обязательства и необходимость их выполнения официальным Минском.

Причем Путин получил актуализацию интеграционной риторики в свете электоральной кампании.

— В Москве ни слова не сказано ни про конституционную реформу, ни про транзит власти. Действительно ли этот козырь использовался только как обманка, чтобы успокоить белорусское общество?

— Мне кажется, на переговорах Путина и Лукашенко этот вопрос появляется только факультативно. Поскольку кризис своеобразным образом разрешен в пользу режима: ему удалось удержать власть и сохранить фактический контроль над страной, хотя он и не вернул народную любовь, — вопрос конституционной реформы и транзита власти больше не является важным ни для белорусских властей, ни для Кремля.

Более того, нынешняя встреча Лукашенко и Путина должна была выглядеть победоносно, поэтому в Москве и звучали исключительно победные реляции. Не исключено, что эта тема все же обсуждалась на встрече, но под ковром, что называется, не для публичного пользования.

— К сожалению, византийский (тайный) характер белорусско-российских отношений не дает никакой информации, мы не имеем представления, в какой стадии находятся переговоры. Но все же хотелось бы узнать ваше мнение относительно будущего «союзной интеграции».

— Тот факт, что никакой конкретной информации не предъявлено народам до сих пор, говорит о том, что противоречия между сторонами сохраняются. Ведь Лукашенко с Путиным собирались подписывать союзные программы 9 сентября – не подписали. Сейчас говорят, что подпишут 4 ноября во время Высшего госсовета союзного государства. Но подпишут ли?

Конечно, подписание союзных программ становится все более реалистичным. Но смешнее всего будет, если их подпишут точно так, как в сентябре 2019 года премьеры Беларуси и России подписали пакет документов, которые обещали опубликовать и не опубликовали до сих пор. Возможно, нас ждет подписание нового пакета тайных документов.

— Реальная интеграция намного опережает интеграцию публичную: союзные программы не подписаны, а российские войска уже находятся в Беларуси под видом учебно-боевого центра. Такое ощущение, что публичная интеграция и реальная интеграция – похожие, но разные по содержанию и скорости процессы.

— Я бы не называл это реальной интеграцией. Де-факто белорусский суверенитет серьезно обременен в военной сфере. Учебный центр (или центры?) выглядит как часть инфраструктуры под создаваемую российскую военную базу. Для Беларуси это очень опасный процесс. Возможно, это часть соглашения о российской поддержке: присутствие российских войск обменивается на кредиты и энергоносители.

За реальную военную базу Беларусь потребует гораздо большую цену.

Последнее в рубрике