Андрей Егоров: Блеф властей не прошел, а народный ультиматум активизировал протест
19.10.2020
Сергей Запрудский, Thinktanks.by, фото: Укринформ

Андрей Егоров: Блеф властей не прошел, а народный ультиматум активизировал протест

Ультиматум Тихановской может перевести протест в новое качество, но существует вероятность, что может и ослабить.

Угрозы властей на неделе о применении огнестрельного оружия, сообщения о готовящихся провокациях во время мирных протестов, насилие на предыдущем воскресном марше не сработали — партизанский марш 18 октября был действительно массовым.

— Блеф властей не прошел, цель угроз – минимизировать количество участников — не достигнута. Чем больше людей, тем меньше насилия, — отмечает в интервью Thinktanks.by основатель Центра европейской трансформации, политолог Андрей Егоров.

Дальнейшая динамика протеста будет во многом зависеть от динамики политических событий, от действий власти и действий Светланы Тихановской и Координационного совета.

— Без активных действий может быть и ослабление протеста. Но, с другой стороны, протестная активность может переходить в другие формы, децентрализовываться, уходить вглубь, что тоже происходит сейчас. Но без подкрепления политическими шагами, наверное, прогрессировать не будет. И здесь ультиматум Тихановской играет позитивную роль, — считает Андрей Егоров. Хотя, как замечает политолог, категоричность ультиматума несет определенный риск для протестного движения:

— Если ты не можешь выполнить угрозу, то лучше ее не объявлять, а полной уверенности здесь нет. С другой стороны, на этом этапе таким ультиматумом можно выиграть некоторую активизацию протеста. Тихановская делает такое действие, потому что нужно какое-то действие. Тем более что оно здесь и сейчас разделяется частью трудовых коллективов и протестующими. Есть вероятность, что протест перейдет в новое качество либо возобновит его массовость в еще больших масштабах, окажет влияние на активность людей в независимых профсоюзах на предприятиях.

— Если рассматривать весь этот протест в генезисе, то он постоянно менялся. Если после выборов были спонтанные выступления людей, неорганизованных групп, то дальше он все больше и больше организовывался и переходил к новым формам. К протесту постоянно присоединялись новые группы. Он менял форму от флешмобных аттракций, карнавальных вещей, мигрировал из центра в районы, менял географию хождения из центра к площади Независимости, и, наоборот, от центра в спальные районы. Часть протестной энергии уходит в самоорганизацию групп, это совершенно другой процесс, который развивается на уровне самоорганизации общества. Мы видим, что возникают дворовые сообщества, происходит самоорганизация профессиональных групп. Это тоже можно считать формой протеста. То есть люди борются за разгосударствление общественных сфер, они пытаются возвращать общественный контроль над этими сферами. Это происходит везде – от медицины до образования, спорта, — отметил политолог.

Власть тоже пытается искать новые формы противодействия. Призывы с экранов госТВ о формировании народного ответа на уличные акции, поиск желающих «поработать» на мирных протестах «народными дружинниками».

—Но это очень рискованный и тупиковый путь для властей — он будет только углублять общественный раскол и ослаблять белорусское общество. Да и сложно технически реализовать такие идеи. Купить эти группы? Убедить, заставить туда пойти? Вряд ли у государства есть такие возможности. Достаточно посмотреть на митинги в поддержку Лукашенко — откуда же властям взять людей, готовых на более радикальные действия? Отставники из силовых структур вряд ли будут бегать с повязками и палками на акциях протеста, понимая риски, организации вроде БРСМовцы тоже не мобилизуются, — считает Андрей Егоров.

Последнее в рубрике