Абсолютная нетерпимость к коронавирусу. Как новая закрытость Китая влияет на связи с Россией
21.10.2021
Ярослав Шевченко, Московский центр Карнеги

Абсолютная нетерпимость к коронавирусу. Как новая закрытость Китая влияет на связи с Россией

Когда в марте 2020 года разрушительная волна пандемии еще только поднималась над Европой и Америкой, Китай уже провозгласил победу в «народной войне с дьявольским вирусом». К тому времени Пекин успел подержать в блокаде целые города и посадить под локдаун полмиллиарда китайцев, что позволило стране пройти острый этап эпидемии всего за полтора месяца.

Пока системы здравоохранения западных стран захлебывались от притока заболевших, быстрый успех в Китае стал важной политической победой для правящей Компартии и ее генсека Си Цзиньпина. Китайские власти не устают напоминать об этой победе обществу и остальному миру, а потому не допустить новых вспышек стало для них особенно важной задачей. Ради этого Пекин, очевидно, готов долго держать железный занавес между страной и остальным миром, не особенно заботясь, как это скажется на отношениях даже с такими близкими партнерами, как Россия.

Новая закрытость

Китайский подход к коронавирусу называют «нулевой терпимостью». Он сформировался по образу и подобию того, как власти Пекина отреагировали на новую вспышку коронавируса на местном продуктовом рынке в июне 2020 года. Если среди горожан появляются даже единичные случаи заболевания, власти сажают под локдаун целые округа, а у всех жителей поголовно берут ПЦР-мазки в максимально сжатый срок. Например, в январе 2021 года население 10-миллионного Шицзячжуана протестировали всего за три дня, и такие темпы уже никого не удивляют.

Другое проявление такого подхода – почти полная закрытость КНР для физических контактов с внешним миром. Еще в самом начале пандемии Китай аннулировал визы и ограничил въезд практически для всех иностранцев. По состоянию на сентябрь 2021 года, разрешение на въезд можно получить почти исключительно для деловых целей и гражданам всего 23 стран (некоторые страны Европы и АСЕАН, Южная Корея, Япония, Индия, Беларусь; Россия в их число не входит). При этом въезжающие должны привиться китайской вакциной. Для американцев допускается быть привитыми вакцинами Pfizer/Moderna или Johnson & Johnson.

Все приезжающие из-за рубежа обязаны отсидеть двухнедельный карантин, а после установить специальное приложение, которое отслеживает их перемещения, и сдать несколько ПЦР-тестов. Чтобы уж точно не дать коронавирусу проскользнуть в страну, местные власти не боятся переусердствовать. Например, в начале 2021 года некоторых въезжающих в Пекин, Шанхай и Циндао вдобавок к привычному мазку из носоглотки заставляли проделать ту же процедуру ректально. Эта новость наделала немало шума, а Япония даже обратилась к китайским властям с требованием «прекратить психологически травмировать» ее граждан.

Помимо карантина при пересечении госграницы для иностранцев действуют также локальные карантины в месте назначения. Скажем, если иностранный гражданин через Пекин решит добраться до своей работы, например, в Ухани, то ему почти наверняка придется высидеть два карантина – в обоих городах. Многие провинциальные «коды здоровья» вообще невозможно получить по иностранной сим-карте (а иногда и по сим-карте, купленной в другой провинции).

Управление гражданской авиации КНР сохраняет строгие ограничения для международных рейсов. Правила запрещают авиакомпаниям обслуживать более одного маршрута в страну и не чаще, чем раз в неделю. Если на рейсе находят от пяти до десяти случаев коронавируса, то авиасообщение со страной отправления замораживают на полмесяца. Если более десяти – на месяц.

Похожий подход действует и в морских перевозках. К примеру, риск масштабных экономических убытков не помешал китайским властям закрыть целый терминал в крупнейшем порту Нинбо после того, как в августе у работника выявили коронавирус.

 Стремление отгородиться антиковидным занавесом разделяет верхушка китайской правящей элиты. Си Цзиньпин и другие члены Постоянного комитета Политбюро Компартии не покидали страну уже более 600 дней – мировой рекорд среди крупных стран. Си отказался очно участвовать в сентябрьском саммите Шанхайской организации сотрудничества, саммите G20 и личных переговорах с президентом США Байденом, ссылаясь на эпидемиологические протоколы. По-видимому, не собирается он ехать и на Климатическую конференцию ООН в конце октября.

Когда зарубежные официальные лица приезжают в Китай с визитами, их не пускают в столицу, а китайские лидеры ограничиваются общением с ними по видеосвязи. Глава китайского МИДа Ван И принимал российского министра Сергея Лаврова в южном городке Гуйлин, а российский министр финансов Антон Силуанов, спецпредставитель США по климату Джон Керри и замгоссекретаря Венди Шерман приезжали консультироваться с китайскими коллегами в Тяньцзинь, который китайские власти превратили в безопасный «пузырь» для встречи с иностранными гостями. При этом даже в Тяньцзине встречи порой проходят не вживую, а по видеосвязи, как это было в случае с Силуановым и главой Минфина КНР Лю Кунем.

Всерьез и надолго

Главный медийный эпидемиолог Чжун Наньшань утверждает, что к концу 2021 года вакцинируется как минимум 80% населения Китая. Однако сравнительно невысокая эффективность китайских вакцин, помноженная на постоянные мутации коронавируса, ставит под вопрос перспективы достижения коллективного иммунитета.

Летняя вспышка дельта-штамма в Китае разогрела споры о разумности курса на абсолютную нетерпимость к вирусу. Жесткие локдауны, которые власти вводят даже из-за нескольких десятков случаев, сдерживают экономическую активность. Рост показателей личного потребления этим летом значительно сбавил темп и стал самым низким за последний год, составив лишь треть от намеченных цифр. Схожая ситуация и с промышленным производством, где не удалось достичь плановых целей. Некоторые стали предупреждать, что из-за закрытых границ Китай рискует оказаться в изоляции и утратить позиции в глобализирующемся мире.

Тем не менее Пекин, похоже, не собирается пересматривать свою антиковидную стратегию. В августе на страницах главной партийной газеты «Жэньминь жибао» появилось эссе, жестко осуждающее призывы покончить с «нулевой терпимостью». А на местах за отдельные проявления критики можно было даже сесть под арест на 15 суток, как это случилось с профессором из небольшого города под Нанкином.

Летом 2021 года китайские источники сообщили газете Wall Street Journal, что все ограничения сохранятся как минимум еще на год. Учитывая, что на 2022 год в Китае намечены два мегасобытия: зимние Олимпийские игры и XX съезд Коммунистической партии, который откроет новый политический цикл, сомневаться в верности таких слухов не приходится.

Во время знаковых мероприятий китайские власти с одержимостью следят за тем, чтобы ничто не омрачало радужный информационный фон. Традиционно в такие периоды Пекин потуже затягивает гайки интернет-цензуры, останавливает фабрики, чтобы тема загрязнения воздуха временно пропала из повестки, или, как в этом году, предотвращает обвал фондовых рынков. А во время предыдущего партийного съезда в 2017 году мне самому довелось столкнуться с тем, что администрация университета в Даляне настоятельно рекомендовала иностранцам не собираться больше семи человек после занятий.

Помимо Олимпиады и партийного съезда, назначенных на 2022 год, в марте 2023 года на первое заседание соберется новый состав китайского парламента. На нем новое партийное руководство получит государственные посты, а Си Цзиньпина, очевидно, в третий раз изберут на пост председателя КНР.

Вспышки коронавируса в такой чувствительный период могут испортить картинку и создать китайским властям много лишней головной боли. Поэтому можно с уверенностью предположить, что Китай останется закрытым не только до конца 2022 года, но, возможно, и до лета 2023-го.

Друзья за железным занавесом

Несмотря на теплые двусторонние отношения, Россия была одной из первых стран, которая закрыла границы и ограничила авиасообщение с Китаем, когда там вспыхнула эпидемия. Тем не менее ситуация быстро развернулась в обратную сторону. Когда весной 2020 года коронавирус начал свое шествие по России, ограничения стал вводить уже Пекин.

К опасности, что зараза просочится через российско-китайскую границу, в Пекине отнеслись серьезно. В пограничных районах провинции Хэйлунцзян вооруженная полиция даже отрабатывала сценарии предотвращения исхода китайских «нелегалов-носителей» из России через Амур.

Долгие антикоронавирусные проверки на погранпереходах быстро привели к заторам. Чтобы не подцепить инфекцию, китайцы разработали специальную процедуру бесконтактной погрузки: водитель грузовика заезжает в Китай, не выходя из кабины, оставляет прицеп с грузом и возвращается ждать назад на погранпункт в Россию. В отдельные дни через границу пропускают всего по 10 грузовиков в сутки, а в очереди часто приходится стоять неделю. Несколько раз это приводило к забастовкам и мордобою между дальнобойщиками.

Прибывающие в Китай из России действительно сравнительно часто привозят с собой коронавирус. Поэтому китайские власти регулярно замораживают авиасообщение с Россией. Например, последний раз ограничения продлились с августа до середины сентября. В сентябре китайское посольство в Москве в очередной раз ужесточило правила посадки на рейс для работников китайских предприятий. Чтобы получить «зеленый код здоровья», надо высидеть трехнедельный домашний карантин, сдать несколько ПЦР-тестов, кровь на антитела и вести специальный дневник в течение недели перед вылетом.

Россия полностью сняла визовые ограничения для китайцев, но Китай не готов на ответные уступки. Переговоры по взаимному признанию вакцин тормозятся, и в отличие, например, от Беларуси, Китай пока не пускает к себе даже тех российских граждан, кто привился китайской вакциной.

Сложные санитарные и визовые ограничения снижают интерес к очным человеческим и бизнес-контактам с Россией до минимума. Даже на таком масштабном мероприятии, как ВЭФ во Владивостоке, где китайская делегация всегда была одной из самых многочисленных, в этом году физически присутствовали всего пара десятков китайцев. Почти все они – представители китайских компаний в России.

Главной жертвой китайской «нулевой терпимости» стал дальневосточный рыбный промысел. Когда в портах Циндао и Далянь нашли вирус после контактов с российской рыбой, ввоз минтая из России в Китай попал под эмбарго. Эта мера сильно ударила по российским рыбакам с Дальнего Востока, где экспорт рыбы – одна из важных отраслей экономики. Китай монополизировал российские поставки: две трети вылова традиционно сразу уходило туда.

Из-за запретов рыбу стало некуда девать. Инфраструктуры для ее хранения в таком количестве попросту нет, местных мощностей хватает лишь на десятую часть. Россия несколько раз обращалась к Китаю на правительственном уровне с просьбой возобновить импорт российской рыбы, но безрезультатно. Некоторые видят в этом попытку Пекина злоупотребить зависимостью от китайского рынка, чтобы получить право на вылов в российских водах, и даже окрестили происходящее необъявленной торговой войной.

Тем не менее из-за внушительных объемов сырьевого и нефтегазового экспорта даже самые жесткие коронавирусные ограничения не делают погоды в экономическом сотрудничестве двух стран. Товарооборот России и Китая в 2020 году сократился всего на 2,9% и составил 107 млрд долларов. А за первые девять месяцев 2021 года вырос на 29,8% – до 102,5 млрд долларов и, очевидно, по итогам года превысит показатели 2019-го, ведь цены на нефть растут, а цены на газ и уголь бьют исторические рекорды.

Коронавирусные ограничения также не помешали Китаю провести с Россией масштабные военные учения «Запад/Взаимодействие-2021» в северо-западной провинции Нинся. В них участвовали более десяти тысяч российских и китайских солдат. Правда, российских военнослужащих было не более пятисот человек, и все они вынуждены были отсидеть карантин перед поездкой в Китай, а китайские военные отсидели карантин и до, и после учений. Пандемия не позволила китайцам принять участие в учениях «Запад» в России, а октябрьские морские маневры в акватории Японского моря оказались скромными по размерам – но все же состоялись.

Перспективы

Железный занавес, опустившийся из-за маниакальной нетерпимости к коронавирусу в Китае, – объективная данность. В ближайшие пару лет Пекин вряд ли решит снова открыть границы. Мало того, ограничения могут сохраниться очень надолго. В новом пятилетнем плане Китай анонсировал стратегию «двойной циркуляции» – она делает акцент на достижении полной самодостаточности и комфортного существования в условиях ограниченной зависимости от внешнего мира.

Новая закрытость Китая создала немало трудностей для российско-китайских связей. Тем не менее ее влияние на стратегические отношения не назовешь по-настоящему травматичным, а возникшие проблемы – симптомом серьезного кризиса. Строго говоря, человеческие контакты и приграничное сотрудничество и до коронавируса не было сильной стороной российско-китайской антанты.

Путин и Си Цзиньпин не виделись лично с ноября 2019 года, но это не помешало им за два коронавирусных года провести восемь публично объявленных переговоров. Российско-китайские отношения имеют транзакционную природу. До тех пор пока политико-стратегическое сотрудничество остается приоритетом Москвы и Пекина, отсутствие личных контактов между населением и даже средним бизнесом вряд ли отразится на состоянии двусторонних отношений. А для руководителей, больших чиновников и капитанов по-настоящему крупного бизнеса есть защищенные каналы связи или «пузыри» вроде Тяньцзиня.

Последнее в рубрике