Мрак или перемирие: что ждет Беларусь после Дня Воли?

Возможен ли диалог оппозиции с властью в условиях репрессий?

В Беларуси продолжаются задержания и аресты представителей гражданского общества, оппозиционных политиков. За последние недели количество пострадавших от действий правоохранительных органов, по данным правозащитников, превысило 300 человек.

Еще недавно оппоненты действующей власти выступали за диалог с властью с целью сохранения независимости белорусского государства и улучшения жизни людей.

Надо ли оппозиции садиться за круглый стол с Лукашенко?

Возможен ли такой диалог после того, как в стране возобновились массовые репрессии в отношении не согласных с политикой и действиями официального Минска?

Калинкина: Пряников у власти больше нет, остался один кнут

Заместитель председателя Белорусской ассоциации журналистов Светлана Калинкина говорит, что не видит другого пути, кроме как диалог.

— Другой путь – это бунт и кровь, фиксация нынешней ситуации и ее ухудшение, — отмечает эксперт.

Вопрос – как наладить этот диалог, каким путем к нему прийти.

— Я бы рассматривала акции протеста как психологическое давление на власть с целью каким-то образом убедить ее, что диалог нужен не только оппозиции, но и самой власти, — отмечает заместитель председателя  БАЖ.

По мнению Светланы Калинкиной, когда власти увидели акции протеста не только в Минске, но и в областных центрах, и в небольших городах, то у них появился определенный страх.  

Почему у властей «сорвало крышу»?

— По крайней мере, прежняя схема, о которой они охотно рассказывали по всем телеканалам, что в Минске есть кучка интеллигенции, которая бунтует, а вся остальная Беларусь живет своей нормальной жизнью и счастлива, рухнула в течение нескольких недель этой весны, — обращает внимание собеседница. 

Нынешнее поведение власти и практическое «реанимирование» структур, о которых все давно забыли, Светлана Калинкина называет большой мировоззренческой ошибкой и попыткой потушить костер бензином.

— Но, с другой стороны, можно считать, что это просто провокация пророссийских сил, которые имеются в силовых структурах. Они воспользовались моментом, чтобы в немного измененном виде повторить сценарий 2010 года, — подчеркивает эксперт.

То, что происходит в Беларуси сейчас, может закончиться после 25 марта, или это только прелюдия к более жестким действиям власти в отношении своих оппонентов?

— Боюсь, что это прелюдия, поскольку все будет зависеть от того, как много выйдет людей, и насколько удастся власти успокоить народ. Пряников у нее уже нет, остается только кнут, так что я боюсь, что это пока только прелюдия. Если людей будет мало, то власть это, может быть, как-то и успокоит, по крайней мере, до осени, до каких-то следующих экономических обострений. Если людей будет много и протесты не остановятся, то власть может запустить репрессивную машину, надеясь на то, что запугать, судить, посадить – это хотя бы на какое-то время снизит градус недовольства, — подытоживает Светлана Калинкина.       

Абрамова: Для свадьбы нужны двое

Бывший депутат парламента, политолог Ольга Абрамова считает, что диалог уже идет, но идет через улицу.

— Люди на пальцах объясняют власти, что они принципиально не согласны с тем, что происходит,  требуют изменить модель поведения власти в отношении них. А часть граждан требует, чтобы была вообще изменена как минимум экономическая система. Некоторые идут еще дальше и говорят об изменении системы политической. Это специфическая форма белорусского диалога, которая сложилась за последние 25 лет, — отмечает аналитик.

А как же быть с вариантом, предлагаемым многими, что нужно сесть за стол переговоров и вести разговоры и таким образом вести диалог? По словам Ольги Абрамовой, «для свадьбы нужны двое и для танца тоже».

— Ни та, ни другая сторона не готовы учитывать интересы партнера. Оппозиция, хоть это и не проговаривается, хочет получить все и сразу – изменения государственной системы и выборов, через которые, как она пролагает, получит большинство голосов избирателей. Так не будет, — уверена собеседница. – Внутренний белорусский избиратель в своем большинстве пока не готов к кардинальному изменению всей системы государственных институтов. Хотя шаг за шагом он к этому осознанию приближается — что без институциональных изменений в стране перемен к лучшему не произойдет. Это произойдет через относительно небольшой период, но не сейчас.

Точно также и власть, продолжает эксперт, сейчас не видит значительной силы за оппозицией, которая заставила бы власть вести адекватный диалог и рассматривать оппозицию как партнера, пусть даже младшего.

Но почему же тогда сейчас произошел всплеск таких действий, от которых белорусское общество уже отвыкло за почти два года?

— Это уже работают стереотипы мышления и коллективные мозги власти. И, наверное, нужны какие-то хорошие лекарственные средства, чтобы эти мозги прочистить. Чтобы стало более понятно, что Беларусь не отгородить забором от окружающего мира. Для движения вперед нужны серьезные изменения. По возможности эти изменения должны быть эволюционными, но очень серьезными и форсированными, — полагает политолог.

Официальны пропаганда, да и сама власть вернулась к тезису, что «кругом враги» — и внутри страны, и за ее пределами. Почему?

— Как правило, одни и те же субъекты, долго находящиеся в политике, ведут себя примерно одинаковым образом. И как только происходит кризис, он заставляет принимать быстрые решения, которые чаще всего не самые оптимальные, а наоборот. Власти  действуют по стандарту. Насилие – это всегда гораздо проще, чем уговаривать и договариваться, — подчеркивает Ольга Абрамова.

Она считает, что 25 марта власть не будет предпринимать серьезных действий в отношении демонстрантов, поскольку Лукашенко получил приглашение посетить США.

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 30
  • Балл: 4.4